Книга Последняя из Танов, страница 24 – Лорен Хо

— Итак, задание на сегодня: вспомните самые дурацкие английские имена, которые вы когда-либо слышали, – сказал Джейсон. – Победителю куплю коктейль.

Джейсон – друг Линды, помощник юриста, и помимо него мы знакомы еще с пятью Джейсонами. Если я правильно помню эту историю, Линда как-то пошла в спортзал, поболтала с ним у питьевого фонтанчика, и он так прирос к ней, что до сих пор не отлипает. Умеет она притягивать мужчин. Особенно геев. Чтобы отличать этого Джейсона от других Джейсонов, мы по какой-то причине прозвали его не «помощник юриста Джейсон», а «филиппинец Джейсон». Теперь уже поздно менять прозвище, поскольку оно прилипло, хоть и звучит по-дурацки (впрочем, как говорит Линда, «помощник Джейсон» звучит еще хуже). Джейсон моложе нас и ни с кем не встречается, и это довольно странно, если учесть его красоту, шарм, манеры и телосложение как у Кена или одного из актеров сериала «Форс-мажоры». Короче говоря, поджарое благодаря занятиям тайским боксом тело с шикарно посаженной по фигуре одеждой. Линда предположила, что он гей или асексуал, потому что женщины постоянно к нему пристают, а он их отшивает, но мы не требуем от него разъяснений – захочет, заявит о своей ориентации публично, а если не скажет, не будем настаивать.

— Сифилис Тан! – завопила Линда, не стесняясь, что ее услышат все вокруг.

Я хмыкнула:

— Это, небось, просто байка.

— Я убеждена, что это правда. Мой знакомый из Гонконга преподавал английский ученице с таким именем.

Джейсон пожал плечами:

— Так себе. Следующий.

— Коллега из Шанхая однажды упоминал Молоко Ли, – сказал Бен – еще один наш постоянный собутыльник, который так бесстыдно и в то же время забавно флиртовал с Линдой. Бен – валлиец с волосами мышиного цвета и маленькими глазками – партнер в крупном инвестиционном банке. Бен частенько ведет себя довольно эксцентрично и обожает обсуждать конспирологические теории на любую тему, но с ним всегда весело, так что мы по праву наделили его титулом нашего белокожего друга.

— Не повезло женщине, – ухмыльнулся Джейсон.

— Эй, Молоко Ли – это мужское имя! – возразил Бен.

Джейсон охнул.

— А вот это звучит круто! Бен вырывается вперед!

— Мне попадалась Теорема, – сказала Валери Гомес. – И Близнецы!

— Холодильник Чан, – добавила Линда, загоревшись духом соревнования.

— Я вспомнила отличное, – выкрикнула Валери. – Дро Чэнь!

— Ты выдумываешь, – возразил Джейсон.

— Ни черта, – возмутилась Валери. Хотя изобразить возмущение ей не совсем удалось. Валери – сингапурке с примесью перанаканско-индийской крови – было сорок с чем-то лет (по нашим догадкам, потому что ее настоящий возраст – тайна за семью печатями, которая охранялась как архивы Ватикана). Своей главной цели в жизни – выглядеть на двадцать пять – она добивалась только в тусклом освещении хипстерского бара – вроде того, где мы сейчас сидим. Добавлю, что эта женщина слегка перебарщивала с ботоксом и филлерами. Как говорила Линда, мама Валери раньше побеждала на конкурсах красоты, и дочка выросла в полной уверенности, что красота – высшая ценность и для женщин, и для мужчин. В остальном Валери была очень даже приятной собеседницей, хотя я запретила Линде назначать с ней встречи днем. К созерцанию ее лица при дневном свете я морально была не готова. Это так же тяжело, как узнать, что поп-певица, по которой ты фанатела в школе, уже стала бабушкой.