Книга Да здравствует жизнь!, страница 18 – Софи Жомен

Как-то утром я обнаруживаю, что набрала еще два килограмма. А на следующий же день – видимо, чтобы окончательно меня добить, моя коллега-бухгалтер Сандрин замечает, что я ем за обедом салат, и остроумно шутит: «А, так ты питаешься овощами? Никогда бы не подумала».

Вот стерва.

Почему суперизящные особы убеждены, что все толстые только и делают, что жрут, как свиньи, и потому столько весят? Это невыносимо. От ее реплики настроение у меня портится еще сильнее.

Так что на исходе двух недель я почти полностью вымотана и даже отменяю очередной сеанс психотерапии. А потом, в пятницу, – крибле-крабле-бумс! – Ана снова становится такой, как прежде: независимой и волевой. Она появляется в офисе накрашенная, надушенная, в деловом костюме и туфлях-лодочках. Возобновляется обычный рабочий ритм – вот так, сразу. Я не решаюсь спросить, вернулся ли к ней муж, а может, она просто смирилась с его уходом. Я уже совершила героическую экспедицию в недра души моей начальницы, с меня хватит.

— Где досье Пьяцци? – спрашивает она меня вечером, когда я уже собираюсь уходить.

— Я отправила ему фото худых моделей стандартной внешности. Жду его отмашки.

Она хмурится.

— Мне искренне жаль, что он такой непробиваемый. Невыносимый тип.

— Такова жизнь.

Я начинаю собирать вещи – время семь часов, я, как всегда, ухожу последняя, и мне это уже осточертело!

— Марни… У меня не было возможности вас поблагодарить. Мне очень повезло, что вы у меня есть.

— Ради бога, это было совершенно естественно.

Она выдвигает стул на колесиках из-за соседнего стола и садится около меня.

— Нет, это не так. Вы всегда рядом, когда нужно, и знайте, что в случае необходимости я тоже приду вам на помощь.

Я киваю, вежливо улыбаясь. Надеюсь, этот день наступит очень нескоро, потому что я не готова к такому повороту событий, особенно если окажусь в похожей ситуации.

— Мой муж хотел вернуться, – внезапно выдает она. – Это было как удар током. Я вдруг осознала, что мое счастье не должно зависеть от мужчины, который причинил мне столько горя.

Я могла бы сказать ей, что она права, но не хочу в это ввязываться.

— Судя по всему, сегодня вы чувствуете себя гораздо лучше.

— Я чувствую себя свободной! В любом случае спасибо вам от всего сердца. Не буду вас больше задерживать, – она встает, – а у меня есть еще несколько дел.

Я киваю и перекидываю ремень сумки через плечо.

— Хороших выходных, до понедельника.

– Мне страшно, я не хочу туда…

Добрая мадемуазель Пуарье улыбнулась Паките.

– Тебе нечего бояться, там есть тренер по плаванию…

– Но я не умею плавать, и все будут надо мной смеяться.

Учительница второго класса присела перед Пакитой на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне.

Длинные каштановые волосы Пакиты были убраны под резиновую шапочку; она стояла, ссутулившись, крепко сжав бедра и сцепив руки на животе, и мечтала только об одном: провалиться сквозь землю.

– Посмотри на меня. Знаешь, такое часто происходит с детьми твоего возраста. В этом нет ничего ненормального. И вы пришли сюда для того, чтобы научиться.

– Но некоторые уже плавают!

– Это правда, одни чувствуют себя в воде уверенно, другие – нет.

Пакита подняла глаза на своих одноклассников. Они стояли в воде небольшой группой и так на нее смотрели, что ей снова стало не по себе.