Книга Забытый: ЛУКА, страница 10 – Слоан Кеннеди

— Ничего, блядь, не произолшо, — пробормотал я.

Я был бесконечно благодарен судьбе за то, что мог позволить себе жить в собственном доме, потому что слишком часто я спорил сам с собой, и это не способствовало появлению любопытного соседа по комнате, особенно когда у меня на языке так отчетливо ощущался вкус героина. Я не употреблял наркотик два года, но в такие моменты мне казалось, что я бросил его всего несколько часов назад.

Попроси помощ и.

— Нет, — практически прорычал я, срывая с себя рубашку, не заботясь о том, что пуговицы на рубашке средней ценовой категории разлетелись в разные стороны. Мои запястья путались в закатанных рукавах, но дискомфорт от того, что я стягивал ее с трясущихся рук, помог мне сосредоточиться. Я включил воду на самый холодный режим и одновременно сбросил обувь. Мне показалось, что кровь у меня кипела, а в животе все перевернулось.

Как будто мое тело знало, что произойдет.

А что нет.

Я повозился со своим ремнем и каким-то образом сумел его расстегнуть, но когда молния и пуговица оказались мне не по силам, я вошел в душ, не снимая брюк. От струй холодной водой у меня перехватило дыхание, и я подавил крик облегчения, когда включились естественные защитные силы моего организма. Это было все равно, что ограбить одного, чтобы расплатиться с другим. Когда жар внутри меня рассеялся и сменился пронизывающим холодом, я вздохнул с облегчением и начал расстегивать штаны. Но так же быстро, как и появился, выброс адреналина начал исчезать, когда мое тело приспособилось к новому натиску ощущений, и меня быстро охватило истощение. Я почувствовал, как внутри меня сжимается пружина, угрожая вот-вот распрямиться, как это было сегодня днем, когда я снова увидел Луку, но на этот раз мне удалось подавить желание что-то сделать, кроме как молча стоять и смотреть, как вода стекает по моему истерзанному телу.

Нахуй брюки.

Нахуй бесконечный голод моего тела.

Но больше всего, нахуй мужчину, думающего, что я все еще глупый ребенок, ожидающий спасения.

Лука был не единственным, у кого хорошо получалось забывать.

Лука

Он двигался как человек, попавший в беду.

Постоянно оглядывался через плечо, изо всех сил стараясь ни к кому не приближаться, что не всегда было легкой задачей, когда он шел по переполненным туристами тротуарам в центре Сиэтла. И он делал все возможное, чтобы остаться незаметным.

Но такой парень, как Реми Валентино, был кем угодно, но только не незаметным.

По крайней мере, я так думал.

Окружающие его люди, похоже, не страдали от этого недуга, потому что мало кто замечал, как он уклонялся от них.

Судя по тому, как Реми оглядывался через плечо и осматривал окрестности, я был поражен, что он меня не заметил. Конечно, я был осторожен и старался не попадаться на глаза, но для человека, который явно ожидал, что за ним будут следить, Реми довольно хреново умел определять, когда это происходит на самом деле.

Конечно, более важным вопросом было, какого черта я вообще за ним следил? Молодой человек довольно четко обозначил свои желания, когда оставил меня стоять посреди его квартиры с пакетиком героина в ладони, но неделю спустя я все еще был здесь и искал его.

Да, ладно, не то чтобы я искал его, потому что был слишком труслив для этого. Этот парень, по сути, всадил мне нож в живот, когда с такой легкостью подтвердил, что я разрушил его жизнь. Лучший человек просто принял бы эту рану и смирился с ней... жил бы с этим.