Книга Не с тобой. Дилогия, страница 149 – Gesiona

— Спокойной ночи, — пожелал он негромко.

Она молчала. Джей кивнул и направился к двери.

— Не уходи, — глухо произнесла она и добавила едва слышно: — Останься.

Алиса поежилась. В спальне, выстуженной балконной вечеринкой, все еще было прохладно. Продев руки в рукава толстовки, она потянула вверх молнию. Отчетливое «вж-жик» вспороло сонную тишину, и Алиса зажмурилась, испуганно втянув голову в плечи. Затаив дыхание, она медленно оглянулась.

Джей спал, растянувшись по диагонали на кровати, опустив одну руку вдоль тела, а второй скомкав наволочку на подушке. Одеяло большей частью съехало на пол, оголяя плечи и спину, светлым пятном белевшие в полумраке спальни. Алиса несколько секунд напряженно вслушивалась в тишину. Но Джейден продолжал дышать размеренно и тихо, и, успокоившись, она вновь отвернулась к окну.

За окном шел редкий снег. Крупные снежинки лениво и величественно опускались на широкую ограду балкона, на деревянный пол, невесомым одеялом укрывали остатки скромного пиршества на столе. Эта умиротворяющая картина отчего-то вызывала у нее смутное чувство раздражения и неприятия. Так, словно она сама была чужеродным персонажем на красивой рождественской открытке. Персонажем, которого не должно здесь быть.

Немного поерзав на мягком велюре банкетки, Алиса натянула край худи на коленки и обхватила их руками.

Когда-то в одной из книг она прочитала слова, поразившие ее до глубины души: если один из двоих предает любовь, надо чтобы другой продолжал хранить веру и верность. Несмотря ни на что. Потому что если кто-то один ждет, то второму есть куда вернуться.

Так просто и по-житейски незатейливо. И долгие годы она жила, непроизвольно следуя этому принципу. Как могла, хранила свое маленькое счастье. Потому что безоглядно верила, что любима. Его любовь была для нее такой же естественной и неизменной вещью, как восход солнца по утрам. Только она не учла, что в природе случается полярная ночь.

Оказывается, для того, чтобы утратить веру, нужно совсем немного. Достаточно просто увидеть его счастливым без тебя. Не с тобой. С другой. Увидеть, чтобы понять — возврата в прошлое не будет. Особенно теперь. После всего, что произошло сегодняшней ночью. И сейчас не поймешь уже, что больнее: лишиться веры или сознания незыблемой верности своей любви. Она сожгла мосты. Сравняла счет. Алиса положила щеку на колени и закрыла глаза.

…Губы Джея пахли вином и апельсинами. Совсем как тогда в октябре. На мгновение ей показалось, что они провалились в настоящую временную дыру, что вокруг не укутанные снегом альпийские склоны, а стремительно остывающие после дневного зноя белые камни Родоса. И сам поцелуй, щемяще нежный, был словно продолжение того первого поцелуя, не просто продолжение, а прелюдия чего-то большего, чего она сама сейчас недвусмысленно пожелала. Убаюканная этой возвышенной нежностью, она не сопротивлялась, когда Джей в два шага пересек узкое пространство, отделявшее их от постели, увлекая ее за собой.

Запрокинув руки за голову и закрыв глаза, она позволяла ему целовать себя. Его губы были теплыми и немного шершавыми, и она мимолетно удивилась — когда он успел их обветрить? — а поцелуи легкими и осторожными, как те самые пресловутые крылья бабочки. Ее расслабленный и слегка затуманенный алкоголем мозг не пожелал рождать менее банальную ассоциацию. Вся во власти приятных ощущений она словно покачивалась на ласковых волнах, уносивших ее все дальше в океан ожидаемого наслаждения.