Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 171 – Мэй Юйчжэ

Отец холодно фыркнул, взгляд его переменился, и он пристально посмотрел на Сяо Ци – тот оставался спокойным, но взгляд его был острее клинка. Меч обнажен, и натянута тетива самострела^[201] – эти двое снова начали враждовать.

Сердце мое сжалось от волнения, ладони вспотели.

Наследный принц пристально смотрел на этих двоих – похоже, теперь он, наконец, понял, какие между ними были отношения. Он обеспокоенно перевел взгляд на Сяо Ци. Выражение лица Сяо Ци резко переменилось, и он пристально посмотрел на принца – тот в беспомощном замешательстве застыл на месте. Он всегда трепетал перед отцом, но сейчас его разрывало от эмоций – он перепугался подосланного убийцы, а также, заняв трон, зазнался от успехов. Более того, вопреки обыкновению, отец разозлился и у всех на глазах опозорил его.

Не стерпев смущенного вида наследника, я постаралась вывести его из затруднительного положения и сказала:

— Императрица напугана. Ваше высочество, пожалуйста, навестите ее.

Вдруг отец снова повысил голос:

— Императрице дóлжно поправляться на покое! Не нужно беспокоить ее своей болтовней и чушью! Возвращайся в Восточный дворец!

Наследный принц резко поднял голову, лицо его вспыхнуло от гнева, и он, повысив голос, выпалил отцу:

— Это я несу чушь? Неужели в глазах цзю-фу все, что я говорю, – лишь болтовня и чушь? Неужели я хуже А-У? Сегодня чуть не убили мою мать! Боюсь, что следующим буду я! Я лишь хочу, чтобы Юйчжан-ван ввел свои войска в императорский город! Что в этом плохого? Какой из меня император, если я даже себя защитить не могу?!

— Замолчи! – Отец снова пришел в ярость.

Я хотела вмешаться, но поймала спокойный взгляд Сяо Ци – лучше пока держать язык за зубами.

— И я отдам этот приказ! – Лицо наследника раскраснелось. Он громко и выразительно сказал: – Юйчжан-ван – слушай мой приказ! Как наследный принц, исполняющий обязанности императора, я приказываю немедленно ввести войска в императорский город, выследить мятежников и защитить императорскую семью!

Сяо Ци опустился на колено:

— Подчиненный принял указ!

И тут мы услышали, как закашлялась тетя. Похоже, она проснулась.

Отец пристально посмотрел сначала на принца, затем на Сяо Ци и, наконец, развернулся, чтобы взглянуть на меня. Лицо его побелело, а ярость в его глазах сменилась разочарованием и сожалением. Мы стояли напротив него не шелохнувшись. Наследный принц, которого он всегда считал бесполезным, отвернулся от него и доверился Сяо Ци. Отец тихо рассмеялся и сказал:

— Хорошо… Хорошо… Наследный принц мудр. В таком случае ваш старый слуга вынужден откланяться!

Когда мы покинули дворец, уже было темно. Сяо Ци ехал верхом впереди, а я одна ехала в императорской повозке. Всю дорогу я молчала. Когда повозка отъехала от ворот, я устало закрыла глаза. Только сейчас я почувствовала боль от пореза на руке. В голове проносились путаные мысли, а сердце сжималось от тупой боли. Но у меня не осталось сил ни на радости, ни на печали.

Императорская повозка остановилась у резиденции Юйчжан-вана, построенной в соответствии с указом императора. Я не ступала сюда ни разу с того дня, как на следующий день после свадьбы в гневе покинула столицу. Занавес повозки колыхнулся – я увидела Сяо Ци. Улыбнувшись, он протянул мне руку и сказал: