Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 182 – Мэй Юйчжэ

Визит Сун Хуайэня к Юйсю для меня был самым обычным явлением, а потому я по невниманию решила рассказать об этом Сяо Ци.

— Юйсю преданна и бескорыстна, талантлива и красива, но она – низкого происхождения… – Сяо Ци задумался. – Думаешь, она достойна Хуайэня?

Я чуть отвернулась и улыбнулась, избегая взгляда Сяо Ци.

— Происхождение – это не самое важное. Когда двое влюблены, неважно – достоин ты или нет.

— Среди всех подчиненных больше всего я ценю именно Хуайэня. – Сяо Ци широко улыбнулся. – Много лет мои братья следуют за мной в военных походах, и большинство из них не знали семейного счастья. Но теперь, когда мы осели в столице, я лишь надеюсь, что они найдут себе самых красивых жен. Хуайэнь талантлив, его ждет прекрасное будущее. Женщина, которая станет его женой, будет благословлена.

Я взглянула на Сяо Ци, натянуто улыбнувшись.

— Значит, и у тебя такие же мирские взгляды.

Сяо Ци улыбнулся и утянул меня к себе на колени.

— Верно. Простые люди должны следовать мирским взглядам. Если бы я был самым обычным солдатом из младшего комсостава, вышла бы за меня Шанъян-цзюньчжу?

Подавив улыбку, я пристально посмотрела на него. Он говорил верные вещи, я знала это, но мне все равно стало горько на душе. Увидев, что я поменялась в лице, он не сдержал улыбку и сказал:

— Недаром говорят, что нельзя женщинам правду говорить… Я нарушил это правило, ванфэй должна принять это.

У меня не было сил улыбнуться. Я опустила глаза и на какое-то время затихла.

— Ты прав. Теперь я точно знаю, что никто никогда не морочил нам голову. Никто не хочет слышать правду. Никто не хочет открыть глаза и взглянуть на реальный мир. Все мы думаем, что если закрыть глаза, то все останется по-прежнему. Что все будет хорошо.

— Мы? – Сяо Ци нахмурился.

Я кивнула, слабо улыбнулась и сказала:

— Я, матушка, гэгэ… золотые ветви и яшмовые листья, все из знатных домов. Все такие.

Сяо Ци внимательно посмотрел на меня и тихо сказал:

— Ты не такая.

Я молча прижалась к его плечу.

— Последнее время ты выглядишь грустной, – вздохнул Сяо Ци, запустив ладонь в мои длинные волосы, мягко пропуская пряди между пальцев.

Я закрыла глаза и лениво улыбнулась.

— Я думала, тебе нет до этого дела.

— Если не хочешь, можешь ничего мне не говорить. Я не буду спрашивать. У маленьких девочек всегда столько забот.

Я слегка стукнула его и возмутилась:

— Кто это тут маленькая девочка?!

— Тебе всего девятнадцать… – Сяо Ци медленно покачал головой. – Ну у нас и семья, где муж намного старше жены… Что тут поделаешь?

— Тебе едва тридцать исполнилось! Прекращай спекулировать своим возрастом!

Я не знала, смеяться или плакать. Зато благодаря ему моя тоска отступила, и я, обнимая Сяо Ци, смеялась вместе с ним.

Беззвучно горели благовония, покачивались на ветру лампы из разноцветной стеклянной мозаики, а через расписной экран ширмы виднелись силуэты влюбленных.

Через два дня ко мне пришел Сун Хуайэнь. Я была в парадных одеждах и встретила его в главном дворцовом зале. Он же был одет в заурядный халат с меховыми вставками. Не ожидая увидеть меня в таком виде, он немного смутился.

Служанка подала чай. Приподняв чайную чашку, я равнодушно улыбнулась и сказала:

— Генерал Сун, прошу, садитесь. Не нужно церемониться.

Он молча сел и не спешил открывать рот. Он даже к чаю не прикоснулся. Выглядел он очень серьезно.