Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 30 – Мэй Юйчжэ

На моем пути промелькнул шелковый веер-опахало. Совсем скоро супружеская пара встретится лицом к лицу.

Наконец мой жених появился прямо передо мной, но я по-прежнему не могла разглядеть его лицо. Сквозь веер я видела нижнюю оторочку его праздничных одежд, разглядела орнамент с изображением дракона, а еще его обувь с облачным узором. Он был высок, строен и силен. Мужчина, которого я видела лишь издали и который так сильно напугал меня, теперь стоял совсем близко и вот-вот должен был стать моим мужем.

Сановники пристально смотрели на нас. Мы поклонились друг другу и произнесли торжественную клятву жить вместе до старости.

Этот человек, что был подобен и злому духу, и непостижимому небожителю, вдруг ворвался в мою жизнь… И оказалось, он был таким же обычным человеком, как и я, из плоти и крови.

Я больше не боялась. Лучше сохранять спокойствие, чем теряться в страхе.

В покоях новобрачных ярко горели свечи. Приняв почтительный вид, я сидела не шелохнувшись и ожидала, когда войдет муж и мы завершим обряд бракосочетания. Со внутреннего двора доносилась праздничная музыка, свадебный банкет продолжался до глубокой ночи.

Пожилые служанки новобрачной продолжали суетиться, долгом каждой было отдать надлежащий поклон и пожелать счастья. Казалось, церемонии не было конца, а я очень устала. От тяжести свадебного наряда и фениксовой короны мне становилось все хуже и хуже. Как же я ждала той минуты, когда все закончится.

Совсем скоро мы столкнемся с самым тяжелым моментом нашей жизни. Только вот что необычно: когда я думала об этом человеке, сердце в груди замирало, а усталость отступала.

Нужно было как-то набраться сил – не дóлжно проводить первую брачную ночь в таком состоянии, и перед этим мужчиной нельзя было показывать свои слабости. Я огляделась – служанки тихонько болтали о чем-то радостном. Как будто они впервые были на таком событии.

И тут я замерла – голоса гостей снаружи заметно оживились. Что-то произошло, но я не понимала, что именно. Я с беспокойством взглянула на Цзинь-эр, но та тоже ничего не понимала. Она склонилась ко мне и прошептала:

— Цзюньчжу, не беспокойтесь, рабыня сейчас же все узнает.

Я кивнула, подождала, затем встала и попробовала сама снять с себя фениксовую корону.

Пожилые служанки остановили меня и попросили оставаться на месте. Затем за дверью раздался торопливый топот – ко мне бежала служанка и кричала: «Цзюньчжу, цзюньчжу!» Ворвавшись в покои, она наспех поклонилась, нарушив все возможные правила приличия.

Я нахмурилась – эту женщину я узнала сразу, она служила моей матери уже много лет и остального мира не видела. Какое же дело так ее напугало, что лицо сделалось смертельно бледным.

— Цзюньчжу, беда! Старшая принцесса настолько разгневалась, что лишилась чувств!

Я была поражена.

— Что случилось с моей матушкой?

— Потому… потому что… Юйчжан-ван… – Голос служанки шелестел как листва, готовая сорваться с ветви. – Юйчжан-ван только что получил военное сообщение, в котором говорится о вторжении туцзюэ… он… тотчас снял свадебный наряд и покинул столицу!

Мне показалось, что я ослышалась.

— Ты говоришь, что Юйчжан-ван уехал?

Дрожащая от страха служанка кивнула в поклоне, боясь сказать хоть слово. Я же оцепенела и не могла шевельнуться. В голове не осталось мыслей.