Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 39 – Мэй Юйчжэ

В сопровождении госпожи У и нескольких влиятельных местных дам я прогуливалась по саду. Все, кто видел меня, склонялись в знак приветствия. Залитое весенним солнцем поле было усыпано яркими, непревзойденной красоты цветами ^[73] – один краше другого.

Три года назад я придумала, что каждый день в течение всего месяца буду носить разные прически и грим. Как же я радовалась, когда кто-то во дворце начинал подражать мне, стараясь выглядеть краше. Когда я приехала в Хуэйчжоу, я обленилась. Наносить румяна и пудру, втыкать в волосы шпильку и вдевать серьги в уши стало так обременительно. На праздник я прибыла в платье из голубой узорчатой струящейся парчи с облачным орнаментом, подпоясанном простым шелковым поясом. Волосы были убраны в низкий пучок. Единственным украшением была заколка в виде феникса, которую мне подарила моя любимая цзецзе, – я никогда не снимала это украшение, а больше на мне ничего и не было. Никакого жемчуга, самоцветов или нефрита.

Когда я оказалась в кругу местных красавиц, я невольно почувствовала себя старой. Заиграла музыка – праздник начался. В центр вышли разодетые в разноцветные одежды танцовщицы и пустились в пляс.

Под музыку и танцы в небо поднялся первый – вишнево-золотой бумажный змей-бабочка. Выглядел он великолепно, было видно, что в него вложили много труда. Похоже, это была работа дочери из семьи У.

Я мягко улыбнулась и произнесла:

— Крылья у бабочек обычно тонкие и почти прозрачные, чего не скажешь об этих. Но как же замечательно они украшены цветами.

— Неуклюжий змей моей дочери рассмешил ванфэй, – склонилась в смиренном поклоне сияющая от радости госпожа У.

Девочка в желтой рубашке встала со своего места, подошла ко мне и низко поклонилась.

Госпожа У улыбнулась и сказала:

— Моя дочь Хуэйсинь всегда восхищалась ванфэй.

Я кивнула с улыбкой, задумавшись, как дóлжно ее отблагодарить.

Передо мной стояла стройная изящная девочка в нежно-желтой рубашке. Лицо ее было прикрыто тонкой вуалью, плавно колыхавшейся на ветру. Я слыхала, что на юге еще сохранился старый обычай, согласно которому незамужние девушки должны носить такую вуаль. Но я не знала, что этот обычай до сих пор соблюдали в Хуэйчжоу. Дочь из семьи У, вероятно, воспитывали в особой строгости.

Внимательно рассматривая девочку, я вдруг услышала свист и увидела, как в небо взмыл изумрудно-зеленый змей-ласточка. Он был такой легкий, что напоминал живую юркую ласточку, летящую между деревьев. Не успела я рассмотреть этого змея, как рядом всплыл еще один – в форме карпа, расписанного золотой и красной красками. Следом взмывали персики, цветы лотоса, нефритовые цикады, стрекозы… Небо заполнилось яркими цветными бумажными змеями – даже голова пошла кругом.

Пока все восторженно смотрели в небо, дочь семьи У грациозной походкой подошла ко мне ближе и склонилась в изящном поклоне, точно стройная ива.

— Какая красавица.

Я обернулась и улыбнулась госпоже У, но лицо ее вдруг изменилось. Она испуганно смотрела на дочь, начала что-то говорить, но слова ее заглушил резкий и пугающий свист.

Я испуганно замерла – с юго-востока шквальный ветер нес гигантскую тень. В небо взмыл синий змей, похожий на ястреба-тетеревятника, размах крыльев которого достигал целого чжана ^[74]. Он стремительно пролетел над садом.