Книга Когда мы были осколками, страница 160 – Акация Блэк

— Да… Там… Вот так.

Отпускаю ее шею и руками скольжу по задней поверхности ее бедер. Еще глубже. Слаще. Ошеломительнее. Кажется, я только что нашел ее любимую позу. Мне нравятся звуки, которые она издает. Словно я – лучшее, что она когда-либо испытывала.

Черт, это она – лучшее, что я когда-либо испытывал.

— Лиам…

— Вот так, радость моя. Кончи для меня. Открой глаза.

Мы тонем в глазах друг друга, и я чувствую, как мое сердце птицей рвется из грудной клетки. Вхожу в нее с такой легкостью, словно мы были созданы друг для друга. Все наши движения плавные, естественные. Мы дополняем друг друга так, будто занимались этим всю жизнь. Как будто я был рожден на этой земле, чтобы трахать Луну, доводить ее до оргазма. Чтобы поклоняться ей.

Я знал, что, когда войду в нее, мой мир перевернется.

— Да… да.

Она вздрагивает и кончает с моим именем на губах. Ее глаза закатываются, а ноги трясутся так сильно, что мне приходится удерживать ее на месте. Я наклоняюсь, чтобы поймать губами ее губы и покрыть поцелуями шею, ключицы. Впиваюсь в каждый сантиметр кожи. А когда вижу, как она, красная и запыхавшаяся, лежит с блаженной улыбкой на лице, у меня вырывается довольный смешок. Нежность в ее глазах поражает до глубины души. Я знаю, что после этого вечера я уже никогда не буду прежним. Словно желая вернуть меня в момент, Луна целует меня так, будто я – ее кислород, и я отвечаю ей с удвоенным пылом. В этот поцелуй вкладываю все, что никогда не осмелился бы ей сказать. Все, в чем никогда не смог бы признаться, всю злость, что годами разъедала меня изнутри.

— Спасибо, – улыбается она. – Все было именно так, как я себе представляла.

Она улыбается до ушей, но из уголков глаз текут слезы, и я замираю внутри нее.

— Я сделал тебе больно, Лу?

— Нет, – уверяет она, как можно ласковее гладя по щеке. – Нет, это не так. Мне было хорошо, Лиам. Так хорошо. Я и не знала, что с кем-то может быть так хорошо.

В подтверждение своих слов она целует меня, позволяя воздуху снова войти в мои легкие.

— Я хочу заставить тебя кончить столько раз, сколько это физически возможно.

Луна скользит взглядом по моему лицу, а затем садится и смотрит, как я вынимаю член. Разглядывает меня с такой свирепой жадностью, что я краснею. Что, черт возьми, она делает со мной? От блеска в ее зрачках кровь закипает. Она голодно облизывается, когда я начинаю гладить себя у нее на глазах, размазывая ее оргазм по члену. Эта девушка меня убивает. Все в ней сводит меня с ума. Нежность кожи, сладкий запах, вкус, изгибы бедер, губы, от которых у меня в голове ни одной приличной мысли. Я осыпаю поцелуями ее плоский, упругий живот и покусываю его. Затем заставляю ее встать и тяну к большому эркерному окну. У наших ног расстилается Сиэтл. Огни сверкающих зданий освещают наш номер, а с наступлением ночи вид становится еще более невероятным. Прижав ее щекой к стеклу, пристраиваюсь сзади и вновь проникаю в нее.

— Я возьму тебя здесь, чтобы все увидели, как сильно ты любишь, когда тебя трахают, – шепчу я, оперевшись одной рукой ей в затылок.

На безупречных ягодицах проступают красные следы от шлепков.

— Черт, – вскрикивает она, когда я вхожу до упора.

Затем полностью выхожу из нее, и она пищит, почувствовав пустоту.

Снова одним мощным толчком вхожу.