Книга Когда мы были осколками, страница 55 – Акация Блэк

— Что это ты там делала, крошка Луна?

Я бессилен перед демоническим влиянием Луны. За два часа, что я провел в ее сетях, я уволил своего лучшего бармена и даже угрожал убить его. Но эта жалкая пародия на Machine Gun Kelly сама напросилась. Да, я настолько поехавший, что запретил всему персоналу к ней приближаться. Думал даже внести ее в черный список гостей «Арены». Поддерживать ее на работе – это одно, но смотреть, как она флиртует с кем-то у меня под носом? Ад скорее замерзнет, чем я это допущу.

У меня были планы на этот день рождения: вывести ее из себя и по возможности получить несколько оскорблений в свой адрес. Но я попался в собственную ловушку. Она меня рассмешила. Я перебрасывался шутками с девчонкой, которая когда-то растоптала мое сердце, и наслаждался каждой секундой. Я настолько тупею рядом с ней, что вот уже десять минут стою и жду ее у туалета, как конченый извращенец. Будь я храбрее, вошел бы туда и дал ей то, чего она хочет. То, чего я хочу. Но если поддамся этому искушению, если позволю себе утонуть в этом омуте, она меня спасет. А я не хочу спасения. Я не заслуживаю умиротворения, разливающегося по венам рядом с ней. Все, что я хочу чувствовать, – это злоба.

Именно она двигала мной эти семь лет.

Луна выходит в задумчивости, ничего не замечая вокруг, и врезается прямо в меня. Ее глаза округляются так, будто она увидела свою фантазию… Ой, фантом. Извините, оговорился.

— Что ты там делала, крошка Луна? – шепчу ей прямо в лицо.

Ее волосы в легком беспорядке, щеки горят – она светится после оргазма. Великолепно.

— Дай пройти, – нервничает она.

— Нет.

Наши туфли соприкасаются, но она не делает ничего, чтобы сбежать.

— А твоя девушка в курсе, что ты как озабоченный бродишь рядом с женским туалетом?

Она думает, что Реа моя девушка? Забавно. Само собой, объяснять ей, что это сестра Маттео, с которой у меня никогда ничего не будет, я не планирую. Иначе этот разговор станет уже не таким занятным.

— А твой ухажер в курсе, что ты мастурбируешь, думая обо мне?

Я ни на секунду не поверил в ее вранье на танцполе, но даже когда просто представляю ее с кем-то из упомянутых парней, у меня срывает крышу.

— Носик пудрила. Что тебе нужно?

— Ты пойдешь с ним на свидание? – Мой голос вдруг звучит испуганно.

— Лиам, пожалуйста, давай ты просто, как и последние семь лет, будешь делать вид, что меня не существует.

Если бы я мог. Она порывается уйти, но останавливается, когда я спрашиваю:

— Ты кончила?

Она сглатывает, и я улыбаюсь. Опять.

— Как и всегда, когда думаю о Кельвине.

Ну какая же дрянь.

Я почти забыл, зачем я здесь, пока Саманта не задула свечи. Отметившись для приличия, разрезаю толпу в поисках Маттео, но смех Луны заставляет меня застыть на месте. Замечаю ее я даже слишком быстро. Она сидит за столиком с Рубеном и Хулио, музыкальными менеджерами, и своей ассистенткой Ким, опрокидывая один за другим шоты текилы. На пустой желудок. Она в стельку, говорит громко, хохочет несдержанно.

Отвали. Она взрослая. Ты за нее не отвечаешь.

Но сердце замирает, когда я вижу, как моя некогда лучшая подруга вешается на шею Рубену, тянется губами к его уху и шепчет что-то. Мне жизненно необходимо выяснить, что именно. Кровь внутри вскипает, когда Рубен, довольно ухмыляясь, похотливо смотрит на нее. От того, что происходит дальше, грудную клетку и вовсе сжимает как в тисках. Рубен кладет руку на обнаженное бедро Луны, и я перестаю слышать музыку – лишь колотящийся в висках пульс. Костяшки пальцев белеют. И, черт. Что-то вгрызается мне в мозг. Что-то, на что у меня уже много лет нет права.