Книга Когда оживает сердце, страница 111 – Ханна Бейли

— Что ж ты не сказала, Горожанка! Ух, посмотрел бы я, как ты стираешь самодовольную ухмылку с его морды! – Рука Остина скользит по моему бедру. – А ощущения… Бить подонка, конечно, было приятно, но еще приятнее – целовать тебя у него на глазах.

— Да ты просто территорию метил! – Я со смехом закатываю глаза. – Мужчины! Вы настоящие животные.

— Да-а? А кто кого поцеловал? Зверушка моя маленькая.

— Ладно, ладно, согласна взять ответственность на себя. – Я прижимаюсь к нему еще крепче, и сердце стучит прямо под ладонью. – Его я никогда так не целовала. Разве что в самом начале, совсем недолго… По-моему, лучшего способа послать его напоследок ко всем чертям не придумаешь.

— Тогда следовало заставить его смотреть, как ты кончаешь со мной. Вот это был бы удар.

От моего хохота трясется кровать.

— Да он и не понял бы, на что смотрит. Он же никогда не видел этого прежде.

— Го-осподи, как много он потерял. К моей неописуемой радости. – Остин нежно гладит меня по волосам. – У меня появилась новая цель. Я просто обязан вернуть тебе все упущенные за эти годы оргазмы.

— Начнем прямо сейчас? Тебе многое предстоит сделать… – Мои губы медленно движутся по его шее.

— Хорошо, что у нас полно времени, – говорит он, просовывая руку мне между ног.

Знаю: я, как всегда, тороплю события, но, честное слово, за этого мужчину я готова выйти замуж.

* * *

Просыпаюсь там, где хочу быть больше всего на свете – в объятиях Остина. В ушах тихий стук его сердца. Впервые за долгие годы я абсолютно спокойна.

— Я еще сплю? – спрашиваю, не открывая глаз.

— Нет, дорогая. Хотя я не обязан отвечать, – зевает он.

— Ты что, коп? – Я толкаю его в бок, и он расслабленно, от души смеется, как тогда, после родео. Он так же спокоен, как и я.

Медленно провожу рукой по его груди. Останавливаюсь на животе, поглаживая нежную кожу над резинкой боксеров.

— Четыре оргазма позади… сколько еще у нас в планах на сегодня?

— В моих планах провести между этими прекрасными ногами столько времени, сколько ты позволишь. – Губы Остина прижимаются к моим, рука спускается к киске. – Дай знать, когда проголодаешься или устанешь, красавица.

С этими словами он высвобождается из моих объятий и исчезает под простыней. Губы и борода щекочут каждый дюйм кожи у него на пути. Меня охватывает истома. Его язык медленно скользит к моей киске, наполняя удовольствием все тело. Со стоном опускаю руки под простыню и хватаю его за волосы.

— Я говорила, как сильно тебя люблю? Потому что… о-о, я безумно люблю тебя.

На секунду он замирает.

— Продолжай.

Похоже, я еще не пришла в себя после прошлой ночи: все чувства обострены до предела, перед глазами плывут цветные узоры.

— Ты… ты для меня все. – Я задыхаюсь от наслаждения, когда Остин обхватывает мой клитор губами. Тепло разливается по позвоночнику, усиливаясь с каждым движением. Он довольно стонет. Пальцы скользят внутрь, я выгибаю спину. – Хочу каждый вечер засыпать в твоих объятиях до конца моих дней и просыпаться вот так.

Он на секунду прерывается:

— Это я могу устроить.

И больше никакого «пока ты здесь». Неужели поверил, наконец, что я тут надолго?

Твердая рука на животе удерживает меня на кровати, не давая взлететь к небесам.

— Ос, я люблю… О боже… – Сладкая волна захлестывает меня от макушки до кончиков пальцев.