Книга Когда оживает сердце, страница 82 – Ханна Бейли

Дай мне все. И еще немного. Разорви меня пополам.

Остин прижимает ладони к задней поверхности моих бедер, с каждым толчком становясь все более диким и безрассудным. Сейчас он, наконец, берет свое и трахает меня так неистово, будто утратил всякое подобие контроля. Я все глубже утопаю в мягком матрасе под его необузданным напором. Большой палец опускается на клитор и рисует круги в такт толчкам. Впиваюсь зубами в покрывало, не в силах сдержать крик.

— Остин, я кон… – не договорив, срываюсь на стон.

— Давай, дорогая. Ты так прекрасна, когда кончаешь. Хочу ощутить это еще раз.

Меня захлестывает горячая волна оргазма, я растворяюсь в меду от корней волос до кончиков пальцев. Остин подается вперед, лихорадочно целуя меня то в шею, то в ухо. Толчки становятся порывистыми и какими-то отчаянными. Вцепившись в его бицепсы, смотрю, как тело напрягается, а потом медленно расслабляется. Мокрые от пота, мы прижимаемся друг к другу. Остин зарывается лицом в изгиб моей шеи, я чувствую кожей горячее неровное дыхание.

— Это было… Ты невероятна! – Он нежно целует меня в плечо и перекатывается на спину, не размыкая объятий. Лениво обвиваю его ногой, все еще поглощенная желанием чувствовать прикосновения.

— Каждый день бы это делала. До конца жизни.

— Пока ты здесь, могу это устроить.

Пока я здесь? Что еще мне сделать, чтобы он поверил: я не собираюсь никуда уезжать? Остин привык к тому, что его бросают, и заранее этого ждет. Видимо, дело в его отце. И Саванне.

Ощущение, что за мной наблюдают, заставляет меня повернуть голову. Так и есть: Остин глядит на меня с насмешливой улыбкой.

— Дремлешь?

— Вроде того. – Я глажу его лицо, целую мягкие губы.

— Я говорю, надо бы снова принять душ.

— Боюсь, мне туда не дойти. Оставь меня умирать здесь.

— Ищи дурака. Когда я оставил тебя умирать в прошлый раз, ты через каких-то полчаса чуть не заменила меня душевой лейкой. Нет уж, теперь я не выпущу тебя из виду.

— Ну, эта опасность миновала. Я уже получила, что хотела. – Я смеюсь и прижимаюсь к нему крепче, положив голову на грудь. – Может, проваляемся так весь день?

— К сожалению, мне нужно кое-что доделать. Иначе через пару недель нам не на чем будет вывезти две сотни голов.

Глупая горожанка внутри прыгает от восторга: секс с Остином спасает сотни жизней! Однако, поработав на ранчо, я знаю: никаких жизней это не спасет. Люди хотят есть, и ранчо доставляет пищу им на тарелки. А еще зарабатывает деньги и дает мне крышу над головой.

— И потом, у меня важная встреча, – он приподнимается взглянуть на часы, – через два часа.

— Встреча? В городе?

— Да, с адвокатами. – Взяв за руку, Остин усаживает меня на кровати. – Не важно. Пойдем в душ.

Вслед за ним иду в ванную. Он не спеша намыливает все мое тело, нежно массирует и ополаскивает с головы до ног. Я провожу рукой по его волосам, целую и прижимаюсь к нему под благодатными струями теплой воды. Ни один мужчина не заботился обо мне так, как он. Не могу сдержать слез.

— Что с тобой? – Остин берет меня за подбородок и тревожно глядит в глаза. – Почему ты плачешь?

— Это слезы радости. Просто… у меня еще не было столь заботливого мужчины. Спасибо.

— Дорогая, ты не должна благодарить меня за естественные вещи. Так же, как не должна извиняться за то, в чем не виновата. Сейчас для меня нет лучше места на земле, чем этот крошечный душ.