Книга Подкати ко мне срочно, страница 114 – Карли Робин

Мне следовало раньше все прекратить, но я все время путешествовал по миру и не обращал внимания на то, как сильно она в меня вкладывается. Я думал, что это всего лишь девичья влюбленность, которую она переживет. Но затем я заключил контракт с «МакАлистером» и собрался перебираться в Лондон, и она сказала, что тоже переедет, чтобы быть поближе ко мне. Я понял, что должен закончить все в тот же момент. Но когда я сказал ей, что все кончено, она сказала, что беременна. Уже пять недель.

Джози побледнела. Ее брови сошлись над переносицей, и она медленно покачала головой, обдумывая мои слова. Она была слишком шокирована, чтобы что-то сказать, поэтому я продолжил. Я хотел рассказать ей всю историю. Нуждался в этом.

— Когда Джеймс узнал, что его дочь залетела от меня, – я указал на свой шрам, – все стало совсем плохо. Я сказал Кристине, что поддержу любое ее решение, но ребенок ничего не изменит в наших отношениях. Он ничего не исправит, потому что ничего не было сломано. Мы были просто несовместимы. Я даже не знал, какая Кристина на самом деле, потому что она была слишком занята попытками стать такой, какой я – по ее мнению – хотел ее видеть.

Я судорожно вздохнул, удивившись, насколько расчувствовался. Джози села и коснулась моих губ своими, мгновенно успокоив мои нервы. Она была подобна глотку кислорода, она мигом согрела ледяные воспоминания о произошедшем в Милане.

— Оказалось, Кристина не была беременна, – с усмешкой произнес я. – Я ходил вместе с ней на прием. Никаких признаков или следов беременности. Она все выдумала. Честно говоря, я понятия не имею, что она планировала делать дальше и как, по ее мнению, должны были развиваться наши отношения, потому что после такого нельзя делать вид, будто ничего не было.

Я почувствовал, как Джози пристально вглядывалась в меня, ища на моем лице ответы, которых у меня не было. Может, Кристина надеялась, что ребенок убедит меня, что мы обязаны быть вместе? Что мне будет наплевать, что она мною манипулирует? Я не знал ответа на этот вопрос. Ложь была одной из немногих вещей, которых я не терпел в принципе. Нигде и никогда. Это нарушение доверия в самом сакральном смысле.

— Я прекратил все общение с ней и подумал, что это конец. Когда она не перестала названивать и написывать мне и появляться везде, где был я, я добился в суде запретительного приказа. Понимаешь, не знал, что еще я могу сделать. Из того, что я слышал, после этого она взяла академ в универе и легла в швейцарский оздоровительный центр.

— Проклятье, – задумчиво, словно обращаясь сама к себе, пробормотала Джози. – Хм.

Я обратил свое внимание на ее комод, который был заставлен флакончиками духов и несколькими фотографиями в рамках: они с Эллой в Барселоне, вся команда «МакАлистера» после Гран-при Австрии, ее родители, улыбающиеся рядом с ней на выпускном в университете. Я сделал мысленную пометку вставить в рамку одну из наших фотографий, чтобы добавить в ее коллекцию.

Джози положила ладонь мне на грудь:

— Тебе стоит поговорить с ней. Поздороваться.

Меня словно электрическим током пронзило.

— Какого – и я говорю это со всем уважением – хрена?

Джози прикусила губу, отчаянно пытаясь не рассмеяться над моим ошеломленным ответом.

— Я не говорю, что тебе стоит пригласить ее выпить и поговорить по душам. Но я думаю, что, если ты ее увидишь, тебе будет полезно прояснить ситуацию. Покончить с этим.