Книга Подкати ко мне нежно, страница 39 – Карли Робин

Снеки Блейк выбирал просто ужасно. Я увидела все существующие виды орешков (и ни одного соленого), чипсы из цельнозерновой чечевицы, рисовые лепешки, крекеры из органической овсяной муки, а также большой ассортимент разнообразных протеиновых батончиков со вкусами, варьирующими от заварного крема из ревеня до имбирной моркови.

— Ты что, на какой-то стремной диете? – Я старалась не показывать полного отвращения, но это было нелегко.

Блейк покачал головой, а затем кинул мне протеиновый батончик и посоветовал прочесть состав. Сплошь полезные орехи и фрукты. Это лишь подтверждало мои выводы. Где всякая вредная еда? Конфеты? Где снеки из серии «у меня был плохой день, и мне теперь нужно заесть стресс»? Я видела лишь преснятину, преснятину и еще большую преснятину.

Под столом располагался мини-холодильник, и я подошла к нему. Но в нем обнаружились лишь греческий йогурт, сваренные вкрутую яйца и сок из сельдерея. Не яблочный сок, не клюквенный. Сок из сельдерея. Самого безвкусного из всех овощей.

Его кладовка в Монако была забита самыми разнообразными снеками и по ассортименту могла сравниться с «Костко»^[29] – и до меня вдруг дошло, что все это разнообразие было обусловлено тем, что Блейк не знал, какая еда нравится мне. От этой мысли у меня появилось странное ощущение внизу живота.

— А я-то думала, что пишу о спортсмене. – Я закрыла холодильник и поднялась на ноги. – А оказалось, что ты – жуткий социопат.

Он хрипло рассмеялся.

— Блейк, это еда для выживания, а не снеки, – я вздохнула. Он так мило смутился. – Если бы ты оказался на необитаемом острове, тогда да, я бы поняла, почему ты выбрал яйца вкрутую и орешки. Но ты же не на острове. Снеками нужно наслаждаться.

— Я ими наслаждаюсь.

Было бесполезно даже пытаться скрыть выражение абсолютного ужаса на моем лице. Блейк любит картон? Отличные новости. В какую же главу книги их включить? Вы помните, как Блейк отпраздновал победу в Гран-при, закусив сухими рисовыми лепешками, а затем запив их свежевыжатым сельдереем?

Я начала перечислять различные снеки, чтобы выяснить, насколько сильно ему промыли мозги здоровым питанием. Блейк никогда не пробовал попкорн из белого чеддера или «Поп-тартс»^[30]. Он никогда не пробовал «Орео» с двойной порцией ванильного крема, потому что «ну чем оно может отличаться от обычных». Он даже не знал, что такое «Хо-хос»^[31], и подумал, что я прикалываюсь над ним, когда я спросила. Конечно, я питалась не только вредной едой, но и корм для кроликов меня тоже не устраивал. Сэму следовало ослабить хватку на его диете.

— Кажется, тебе срочно нужен свежий воздух, дорогуша, – рассмеялся Блейк, – если хочешь, я разобью окно.

Я упала на небольшой диванчик. Приложила руку ко лбу, чтобы убедиться, что у меня нет жара. Может, драматизм был излишним, но только представьте, как можно прожить столько лет, не зная, каково на вкус герлскаутское печенье. Да, я знаю, что это типично американская традиция, но прямо сейчас это знание мне не помогало. Казалось, моя реакция полностью ошеломила Блейка.

— Если мои снеки такие ужасные, что ты считаешь хорошими?

Я не смогла удержаться от смеха.

— Нам потребуется пять или семь рабочих дней, чтобы составить список.

Наша беседа по пути в гараж полностью строилась вокруг пристрастий Блейка в еде. Я была заинтригована. Оказалось, он предпочитал шоколадное молоко обычному, причем не только в стакане, но и в хлопьях тоже.