Книга Смерть заберет нас в один день, страница 42 – Ао Морита

— Угу…

— И вообще, какая я «больная»? У меня даже ничего не болит. То есть болит, но можно же придумать словечко поприятнее. «Нездоровая», скажем. Хотя нет, тоже гадость.

Видимо, от слез ей полегчало, к Асами вернулась прежняя жизнерадостность, и слова снова потекли из нее нескончаемым потоком. Я чуть успокоился, присел и присоединился к разговору. Восхищаясь фирменным стилем Рины Асами, я иронически улыбался и периодически поддакивал.

— А знаешь такую диковинную медузу – турритопсис дорний?^[22] – вдруг спросил я, припомнив этот необычный вид. – Ее еще называют бессмертной медузой.

— Бессмертную? Такие бывают?

— Ага. Обычно медузы не живут больше года, а эта, если попадет в неблагоприятную среду или поранится, обращается в начальную, младенческую стадию развития, то есть в полип, и начинает жизнь заново. Количество таких циклов ничем не ограничено, потому медузу и прозвали «бессмертная». Правда, их ест кто ни попадя, так что, думаю, по-настоящему древних особей не сохранилось.

— Ого-о-о! – восхищенно выдохнула Асами.

Когда мне об этом в свое время рассказал Саэки, у меня точно так же округлились глаза. Тогда я страшно позавидовал этим бессмертным морским обитателям. Вот бы и мне, если вдруг в школе какие-то неприятности либо если я сильно поранился или заболел, превратиться обратно в младенца – и начать все с чистого листа.

Вроде кнопки Reset в игре. Хорошо бы человеку иметь такую же удобную функцию – да, я завидовал медузам.

— Удивительные создания – медузы. Это ж надо, бессмертные… – еле слышно пробормотала Асами.

Я думал, она скажет, что тоже бы хотела прожить жизнь заново, но ее, кажется, этот аспект не взволновал.

— Тебе бы не хотелось начать с чистого листа, как бессмертная медуза?

С ее болезнью лучше не придумаешь. Вернуть себе здоровое тело, радоваться жизни без всяких забот. Если даже мне, здоровому человеку, завидно, то Асами и подавно.

Но она покачала головой:

— Нет, не особо. Главная прелесть жизни в том, что она одна. Наверное, весело пробовать разные варианты, но, мне кажется, я, такая как есть, сложилась из прошлых ошибок и сожалений. Жалко отказываться от набитых шишек. Я думаю, все стараются прожить жизнь как можно лучше и стремятся вперед как раз потому, что жизнь движется только в одном направлении.

Тут не поспоришь. В каком-то смысле можно сказать, что для Асами начать с чистого листа – это согласиться на трансплантацию.

Вот пересадят ей здоровые легкие – и начнется новая жизнь. Я знал, что она сознательно готова отказаться от этой возможности, и потому не нашел, что ей возразить.

— Как думаешь, что случается с человеком после смерти? – На этот раз Асами задала мне сложный и не имеющий однозначного ответа вопрос.

Я тем не менее и сам об этом много думал, потому ответил без запинки:

— Думаю, ничего. Как только умираешь, все заканчивается. Нет ни рая, ни ада, только сплошное ничто. Я считаю так.

Я тут же пожалел, что не промолчал. Нельзя говорить такое тяжелобольному человеку.

— Ничто… Грустно, если так. Добивался чего-то всю жизнь, копил опыт и все такое и, может, даже оставил какой-то след, а от личности ничего не останется – грустно! Я бы с удовольствием посмотрела на мир после моей смерти, да и с бабушкой покойной повидалась бы. Если после смерти встречаешь на небесах родных, то вроде и умирать не так страшно, – задумчиво ответила Асами, подперев подбородок руками. Кажется, мои слова ее не обидели, и я облегченно вздохнул.