Книга Смерть заберет нас в один день, страница 51 – Ао Морита

— Без вас группу распустят?

— Вряд ли. Либо найдут кого-то мне на замену, либо будут выступать втроем: Сёя тоже играет на гитаре. Я оставил про запас десяток невыпущенных песен, их еще надолго хватит, если выпускать по синглу в год. Десять лет протянут.

Мы свернули в небольшой скверик с детской площадкой, который попался по дороге. Рюдзи, засунув руки в карманы, облокотился на турник, я сел на качалку в виде зайчика. Холодный металл морозил кожу сквозь штаны.

— Как тебе концерт?

— Очень классно. Два часа пролетели за одно мгновение.

— Вот и хорошо, – рассмеялся Рюдзи, выпуская в воздух облачко белого пара.

Сегодня резко похолодало, и в новостях передавали, что температура опустится ниже десяти градусов. Благодаря шарфу у меня хотя бы горло не мерзло.

— Ты почему так и не позвал любимую девчонку на концерт? Канон тебя так подбадривала!

— Ох, там столько всего навалилось… Но она сегодня и так пришла с младшей сестрой, так что все к лучшему.

— Да? Но в любви ей все-таки признайся, пока не поздно. А не то пожалеешь!

— Ну не знаю, – неопределенно усмехнулся я.

Я слабо себе представлял, как признаваться Асами. Вряд ли у меня получится донести до нее свои чувства.

— Ах да. Держи, дарю тебе гитару. Девчонки любят гитаристов.

— Вы чего, мне тоже недолго осталось! Как же я так быстро научусь?

— Мне почему-то кажется, что ты не умрешь, Хикару. Сам не знаю почему. – С этими словами он подошел к лавочке и положил гитару на нее.

— Мне тоже уже давно кажется, что у вас все обойдется. Вот просто кажется – и все.

Он не ответил и вместо этого предложил мне сыграть.

Я присел, неуклюже взял в руки инструмент и поддел указательным пальцем струну.

«Дзыннь», – красиво прозвенела она на безлюдной площадке.

— Говорят, можно за месяц научиться. Споешь ей признание под собственный аккомпанемент. Красиво же!

— Ну да, месяц… – усмехнулся я и потянул другую струну.

Мне оставалось всего восемнадцать дней.

Рюдзи научил меня кое-каким основам. Пальцы немели от холода, но, будь моя воля, я бы так и просидел до самого утра.

Три дня спустя я прогулял школу. Если предсказание верно, то Рюдзи доживал свой последний день, а мы с ним ни словом не перемолвились с того вечера после концерта. Я все устроил так, чтобы мне ничего не мешало сорваться с места, едва только он куда-нибудь позовет, но после концерта он так и не позвонил и не написал. Я тоже не стал: наверняка он хотел провести последние дни с семьей.

С самого утра я не находил себе места и не смог заставить себя пойти на занятия. С тех самых пор, как ушел на работу отец, я сидел в комнате и играл на подаренной гитаре.

Мы после выступления «Ред Стоунз» и с Асами больше не общались. Мне выпадало достаточно возможностей с ней заговорить, но я не решался. Мне кажется, она тоже хотела что-то сказать, но, видимо, берегла мою психику и отводила глаза, стоило нашим взглядам пересечься.

Может, мы так и умрем, сторонясь друг друга? В последнее время эта мысль даже начинала мне нравиться.

А вечером появились новости о смерти Рюдзи. Как раз когда я уже откладывал гитару и собирался готовить ужин, пришло сообщение: «Кажется, Рюдзи-сана не стало…» – написала Канон и следом отправила стикер с рыдающим кроликом. Я бросился в интернет и тут же нашел несколько статей о его гибели. Одну из них я открыл: «Гитарист популярной инди-группы погиб при пожаре».