Книга Ты тоже видишь смерть, страница 39 – Ао Морита

К третьему уроку я уже дочитал, так что на большой перемене поспешно проглотил принесенный с собой обед и унесся в кабинет кружка. Думал прихватить с полки что-нибудь на остаток занятий. Конечно, можно было обратиться в школьную библиотеку, но в нашем кабинете выбор поразнообразнее, так что я не поленился добежать до соседнего здания.

— Ого. А ты что тут делаешь?

В кабинете я обнаружил Куросэ. Она расстелила на парте салфетку и разложила на ней коробочку с едой.

— Обедаю.

А то я не понял. Меня куда больше интересовало, зачем она сюда притащилась!

— Ты что, всегда здесь ешь?..

— Угу.

— Надо же.

Напрямую спрашивать почему я не стал. И так понятно, что в классе ее сторонились.

Но я пришел сюда вовсе не за этим, поэтому углубился в поиски чтения на ближайшие два-три урока. В итоге остановил выбор на внушительном фантастическом романе, как раз хватит.

Перемена пока еще не заканчивалась, так что я решил начать прямо здесь. Если вдруг пойму по началу, что скучная, тут же возьму что-нибудь другое.

— Слушай, по поводу фестиваля… – вдруг заговорила Куросэ, когда я присел.

— Что такое?

— Пока я прогуливала, меня придумали записать в участники от нашего класса. Можно попросить тебя утром попродавать наш журнал? А после обеда я тоже подгребу.

— Нормально. Что ваш класс готовит?

— Комнату страха.

— Серьезно?

Интересно, ее поставили билеты продавать или гостей пугать? А что, с такой длинной шевелюрой получился бы отличный призрак.

— Наверное, муторно будет готовиться… Может, тоже к вам заглянуть?

Я не стал добавлять, что многого ожидаю от ее выступления.

— Я провалюсь под землю от стыда, так что лучше не надо. Точнее, совсем не надо.

— Ну раз ты так говоришь, теперь я точно приду.

Куросэ, подхватывая палочками из контейнера рис, чуть не испепелила меня взглядом.

— Шучу я, шучу! – поспешил оправдаться я и переменил тему. – К слову, а как, собственно, обстоят дела с журналом? Прости, что спихнул все на тебя. Но его не пора печатать?

— Почти все готово. Только напечатать и переплести как раз и осталось.

— О. Ну я в тебе и не сомневался.

Девушка просияла. Кажется, она доела: начала паковать коробочку обратно в сумку.

— Я не только хандрила, пока сидела дома. Заодно отвлеклась от мрачных мыслей, – радостно сообщила мне Куросэ.

Я думал, смерть менеджера выбила у нее всю почву из-под ног, но выглядела девушка вполне свежей и бодрой. У меня даже отлегло от сердца, что она все та же Куросэ.

Когда зазвонил звонок, мы разошлись по разным классам. Но я призадумался о том, чтобы с завтрашнего дня тоже обедать в кабинете кружка.

С журналом мы закончили возиться только вечером накануне фестиваля. Распечатали его днем раньше в учительской, но дело оказалось куда более муторное, чем я ожидал, так что переплести не успели.

Мы пришли с утра пораньше, пожертвовали обеденной переменой и закончили переплетать трехсотый экземпляр за десять минут до конца внеклассных занятий. Хотя ладно, «переплетать» – громко сказано, мы просто прошивали страницы степлером.

Обложку Куросэ сама нарисовала. На ней красовалась серьезная девушка в школьной форме, которая читала книгу. Оказалось, Куросэ очень недурно рисует.

В журнал она в самом деле поместила рассказ, который Кадзуя написал в средней школе. Там у главной героини, старшеклассницы, еще в детстве развелись родители, так что она жила вдвоем с мамой. И тут, когда она в первый раз села в автобус до старшей школы, водителем внезапно оказался ее отец.