Книга Ты тоже видишь смерть, страница 40 – Ао Морита

Героиня ненавидела его за все то горе, которое он им принес, но неожиданно в автобусе случилось происшествие, после которого она переменила свое мнение о нем. И рассказ как раз очень трогательно показывает отношения отца и дочери.

Я уже читал эту историю однажды, но в напечатанном виде все равно перечитал и даже прослезился.

Куросэ, видимо, решила, что грустно ограничиваться только рассказом, так что оформила еще страничку книжных рекомендаций от литературного кружка. Визуально увеличила список за счет иллюстраций, и получилось в итоге очень симпатично.

— Молодцы, постарались! Особенно Куросэ-тян, так что назначаю ее моим заместителем, – объявил Кадзуя, который явился, когда мы закончили.

— А я думала, заместитель – Арата-кун. Ничего?

Честно говоря, я тоже считал заместителем себя, мне осталось горько улыбнуться внезапному понижению в должности.

— Конечно ничего! Кстати, деньги от продажи журналов пойдут на новые книги, так что не подведите!

Как раз тут прозвенел звонок, и Кадзуя, заявив, что ему пора в кафе писать повесть, убежал.

Мы разложили журналы стопочками по несколько штук и тоже засобирались домой. Куросэ с велосипедом проводила меня до станции.

— А вот чисто гипотетически, – вдруг нарушила молчание Куросэ. – Если все журналы раскупят, может, все-таки попытаемся спасти Кадзую-куна? А там, глядишь, и ты от смерти спасешься. Как думаешь?

Я застыл на месте и обернулся на Куросэ, которая шла чуть позади. Она тоже остановилась.

— Я все понимаю, но при чем тут журналы?

— Я совсем не уверена, что спасу Кадзую-куна в одиночку. И еще ты мне просто нужен живым. – Куросэ нахмурилась, а у меня от ее слов сердце пропустило удар. Даже нет: чуть не выпрыгнуло из груди, когда она так прямолинейно пожелала, чтобы я продолжил жить. А чтобы она не догадалась, насколько меня тронули ее слова, я ответил подчеркнуто холодно:

— Не уходи от вопроса. Получается, что если журналы останутся, то мы с Кадзуей обязуемся не бунтовать против судьбы и умереть. И тебя устроит?

Она не нашлась что ответить и замолчала. Такие вещи вообще не решают продажами, поэтому я счел, что разговор окончен, и в ускоренном темпе зашагал к станции. Куросэ молча последовала за мной.

— И тебе правда нормально? – спросила она вдруг, когда вокзал уже маячил перед носом.

— Что?

— Ты правда собрался умирать? Тебе нормально?

Формулировка меня, конечно, выбесила, но я поленился язвить. А поскольку она спрашивала из искреннего беспокойства, я даже ответил спокойным тоном:

— Да, правда, и да – нормально.

Не дожидаясь ответа, я сбежал на станцию.

«Ты мне нужен живым».

Ее слова не выходили у меня из головы, и я вспомнил их, когда уселся у себя в комнате и уставился в одну точку.

Мне такое говорили впервые, и если честно, слова оказались очень приятными и даже заставили меня поколебаться. Я ведь поначалу тоже хотел еще как-то побороться. Но в итоге хорошенько все взвесил, принял свой жребий и решился умереть. Я столько людей не спас, что потерял право цепляться за жизнь.

Я достал с полки одну из книжек, что уже давно дожидалась своего часа, и открыл.

Глаза бежали по буквам, но те не отпечатывались в голове, так что вскоре я бросил это занятие. И в тот же миг звякнуло уведомление. От Куросэ пришло сообщение: «Хочу кое-что попросить. Можно после фестиваля. Уделишь минутку?»