Книга За год до смерти я встретил тебя, страница 30 – Ао Морита

— Обещаю, – ответил я, сплетая ее тонкий пальчик со своим.

Я сохранял каменное спокойствие, но на самом деле сердце чуть не выпрыгивало из груди. Ни разу еще не смотрел на фейерверки вдвоем с девочкой. А Харуна, получается, пригласила меня почти на свидание, и моя душа возликовала. Если бы сердце прямо сейчас остановилось, я бы ни слова не возразил.

Харуна почти не показывала эмоций, и поначалу у меня сложилось впечатление, что она довольно холодная. Но теперь я чувствовал тепло. И совершенно не сомневался, что теперь знаю ее настоящую.

Она сильно отличалась от ровесниц – может, потому, что ей оставалось совсем недолго. Эдакая ходячая тайна с философским взглядом на жизнь. И все-таки она обычная девчонка. Так же, как остальные, влюблялась, проживала все треволнения юности и тоже хотела всего того, через что проходили наши сверстники. Она сказала, что якобы ни о чем не жалеет, но я уверен, что ей жаль никогда не попробовать повседневных радостей, которые доступны каждому. До чего же меня очаровали ее покрасневшие щеки.

* * *

Я составил в тетради более четкий план по пунктам.

В первую очередь съездил к бабушке и дедушке, маминым родителям. Нацуми так рвалась поехать вместе, что пришлось уступить.

Два часа мы тряслись на электричке, и на станции назначения нас встретил дедушка. На машине он довез нас до их съемной квартирки в двухэтажном доме, мы поужинали, а в начале десятого сели на обратную электричку. Я убедился, что у них все хорошо.

— Поехали в следующем году все вместе на горячие источники? – предложила бабушка, и я ответил, что с большим удовольствием.

По дороге домой все думал, получится ли.

Еще через два дня у папы выдался выходной, и мы с ним и сестрой поехали ко второй бабушке.

Я хотел купить герберы, но постеснялся попросить отца завернуть в цветочный.

Бабушка, в отличие от Харуны, лежала в общей палате еще с тремя соседками, такими же старушками, как она сама.

Ее только что прооперировали, поэтому она все время ерзала, как будто от боли.

— Ни за что не умру, пока не увижу, как ты у меня замуж выходишь, – ласково пообещала она Нацуми, когда та чуть не расплакалась. Сестра ее обожала. Бабушка и жила близко, и играла с Нацуми часто. До того как попасть в больницу, она жила у себя дома одна, но мы уже решили, что когда она выпишется, то переедет к нам. А Нацуми так расклеилась, потому что папа по дороге сболтнул, сколько бабушке осталось.

В прошлом году мы решили, что ей это знать необязательно. Как и про мой диагноз.

Еще где-то через час мы вышли из больницы.

По дороге домой я решил подбодрить Нацуми, которая негодовала, что ей одной ничего не сказали, сел на заднее сиденье и всю дорогу ее утешал, что бабушку обязательно вылечат. Но я недооценил сестру: мои пустые обещания ее не убедили. До самого дома она так и не успокоилась.

Я же, едва мы добрались назад, сразу же отметил галочкой первый пункт плана, что надо повидаться с бабушками и дедушкой. Осталось еще четыре: привести Миуру к Харуне, отблагодарить родителей, написать последнюю картину и последний пункт, который я добавил недавно, – посмотреть фейерверки вместе с Харуной. Прикинул, все ли из этого я успею.

Начать стоит с Миуры. Я ее уже почти уговорил. Кажется, остался последний толчок.