Книга В этот раз по-настоящему, страница 56 – Энн Лян

Дрожащей рукой я беру волан и пытаюсь пнуть, но тот неуклюже шлепается в сторону, и его приходится подбирать Эмили. На этот раз фырканье даже не пытаются скрыть. Как и голос, в котором слышится явное недоумение:

— И с этой девушкой встречается Кэз Сонг?

Ощущение такое, словно кто-то запустил руку мне в живот и сжал внутренности в комок. Именно такого унижения мне и хотелось избежать. И хотя это глупо, я чувствую внезапный укол злости в адрес Кэза. Кэза, который все еще улыбается, играет на публику, а свет солнца падает вокруг него, как нимб из расплавленного золота.

Конечно, ему комфортно быть здесь. Ничто и никогда не сможет опозорить его.

— Я… я пойду немного отдохну! – кричу, отступая в тень, кровь стучит в ушах. Все уставились на меня. – Продолжайте игру.

Каз бросает на меня быстрый взгляд, как бы спрашивая: «Ты уверена?»

Эмили и ее подружки даже не поднимают глаз.

— Правда. Все ок, – киваю я.

Но они уже продолжили игру.

— Он мне нравится.

После обеда мы с Эмили балансируем на низкой металлической изгороди возле школьной библиотеки, болтая ногами в сантиметрах от земли и ожидая, когда нас заберет Ли Шушу. Наши сумки валяются на газоне, раздутые от набитых доверху учебников, грязных ланчбоксов, зарядок для ноутбуков и других бесполезных, но обязательных вещей.

Мои плечи болят.

Я усаживаюсь поудобнее и массирую их одной рукой, смотрю вперед. На внешнюю парковку уже начали заезжать машины, поблескивая тонированным стеклом и полированным металлом; выхлопные газы расходятся над тротуаром, как волны.

— Кто? – на всякий случай спрашиваю я.

— Твой парень, – говорит Эмили, отрывая зубами голову мармеладного червяка. Одна из подружек дала ей целую пачку после обеда. – Кэз. Моим друзьям он тоже очень нравится.

— Я не удивлена. Его все любят. – Нотка горечи, появившаяся после поражения в ти цзяньцзы, окрашивает мой голос. Естественно, Кэз не виноват, что его все обожают. Что все, чем обделена я – обаяние, эффектная внешность, способность привлекать людей, заставлять их быть рядом, – есть у него.

Совсем не его вина.

И все же привкус остается, как после травяных отваров, которые Ма заваривает нам при простудах.

— Как думаешь, он сыграет с нами завтра? Или послезавтра?

Лицо Эмили открытое, полное надежды, оживленное. Мне приходится отвести взгляд, игнорируя острый камень в животе. Меньше всего мне нужно, чтобы она привязалась к Кэзу. Особенно когда я и сама не знаю, что он чувствует: вел себя так мило потому, что она и правда ему нравится, или он просто любит детей, или это была разовая акция невиданной доброты. В любом случае, стоит попросить его не впутывать мою сестру.

Еще больше машин проползает мимо нас, выплевывая пар.

— Не знаю, – медленно говорю я. – Но не обольщайся, ладно? Кэз очень занят съемками, рекламными контрактами и прочим, и… есть много людей, которые хотят провести с ним время.

«А когда закончится моя стажировка и состоится премьера его фильма, у него не будет никаких причин проводить время с тобой или со мной».

— Оу. Поняла. – Эмили разочарованно кивает, но, кажется, уже смирилась.

Затем она ухмыляется и облизывает обезглавленного фиолетового червяка: тот начинает прозрачно блестеть, а мармеладный хвостик прилипает к ее пальцам.

Я морщу нос.