Книга Дистанция, страница 147 – Луна Мейсон

— Ш-ш-ш, детка. Мне так жаль, Сиенна, прости, что я сделал тебе так больно, – выдавливаю я.

— Почему тебе пришлось меня бросить? – Ее шепот едва слышен за рыданиями.

Большими пальцами я хватаю ее за подбородок и заставляю поднять голову, чтобы она посмотрела на меня. Когда она шмыгает носом, я нежно провожу подушечкой пальца по ее щекам, стирая слезы.

— Я обещаю тебе, что больше никогда тебя не покину. И больше не сделаю тебе больно. Я буду дорожить твоим сердцем больше, чем своим собственным. Я буду любить тебя до самой смерти, а потом – еще целую вечность, – мой голос срывается, пока я делюсь с ней чувствами.

— Я начинаю понимать, Келлер. Просто мне охренеть как больно, что ты смог вот так разбить мне сердце. Что ты смог сломать меня.

— Знаю. Я бы все отдал, чтобы вернуться в прошлое и быть рядом с тобой. Я думал, что защищаю тебя, вырывая собственное сердце. Как же я ошибался. Я буду сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь, – я грустно улыбаюсь ей. – Я люблю тебя, принцесса. Всегда и навеки. Даже если ты никогда меня не простишь, мое сердце всегда будет принадлежать тебе.

Несколько мгновений мы смотрим друг другу в глаза, и больше ничего не имеет значения.

— Поцелуй меня, – шепчет она так тихо, что я едва улавливаю ее слова.

Ошеломленный, я смотрю на нее. Ее глаза покраснели, в них полопались сосуды, а кожа ее побледнела, но она по-прежнему самая красивая женщина в моей жизни.

— Я сказала, поцелуй меня, – повторяет она на этот раз громче.

Опускаясь к ее губам, я завладеваю ими, медленно углубляя поцелуй. Вкладывая в него всю свою любовь до последней капли. Я зарываюсь пальцами в ее волосы, языком проникаю в ее рот, и я смакую его, пока мы ударяемся о зубы друг друга. На вкус она как свежая мята. Мой член дергается в джинсах, и я издаю низкий стон.

— Я так сильно скучал по тебе, детка, – говорю я, снова накрывая ее губы, на этот раз жадно. Она руками обвивает мою шею.

С сожалением я отстраняюсь от нее и тут же начинаю скучать по этому поцелую. Я должен все сделать правильно. Она смотрит на меня в полном потрясении, к ее щекам возвращается румянец, волосы растрепались, а припухшие губы просто жаждут, чтобы ими снова овладели.

— Я хочу все сделать правильно, Сиенна. Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне всем своим сердцем. Без сомнений и тревог, когда ты будешь твердо уверена, что хочешь провести со мной свою жизнь.

Не верится, что я так поступаю. Но так нужно.

Она не готова. Я все еще чувствую ее нервозность в моем присутствии. Она мне не доверяет.

Она скрещивает руки на груди.

— Ты сейчас серьезно? Ты правда мне отказываешь? – кричит она, в ее глазах плещется боль.

— Да, – слово само срывается с моих губ. – Вся, детка, ты нужна мне вся. Мои чувства к тебе крепки. А твои пока нет, поэтому мне придется над этим поработать. – Она опускает голову и вздыхает. И тогда я заключаю ее в крепкие объятия и шепчу ей на ухо: – Это не прощание, принцесса. Я не сдамся, ни сейчас, ни когда-либо. Все, что здесь есть, будет ждать твоего возвращения домой.

— Я так больше не могу, Келлер. Просто отвези меня домой и оставь в покое.

Она сокрушенно вздыхает, и я делаю, как она просит. Мы едем домой в полном молчании. Она выходит из машины и хлопает дверцей, даже не оглянувшись перед тем, как войти в дом.