Книга Дистанция, страница 97 – Луна Мейсон

— Честно говоря, все в порядке, чемпион. Просто не хочу привлекать к тебе еще больше нежелательного внимания.

Келлер поворачивается и улыбается Мэдди, и я только сейчас вспоминаю, что она сидит рядом. Она же, поджав губы, отвечает ему одной из своих фирменных улыбок «отвали», и возвращает внимание к рингу. Что, черт возьми, он такого сделал, что так разозлил ее?

Нахмурив брови, я смотрю прямо на Келлера.

— Ничего не понимаю, – шепчу я, и он просто кивает.

— Мне нужно побыстрее вернуться к Люку и Грейсону. Никуда не уходи, встретимся здесь и вернемся все вместе.

— Звучит заманчиво, чемпион, – бормочу я и быстро чмокаю его в губы. Он поворачивается, чтобы уйти. – Не заставляй меня ждать слишком долго! – кричу я достаточно громко, чтобы привлечь его внимание, и приподнимаю брови. О, он все понимает. Покачав головой и усмехнувшись, он трусцой возвращается на ринг. – Мэдди, не хочешь объяснить, что это, черт возьми, было? – сурово спрашиваю я, начиная терять терпение. Она вела себя странно после того сообщения, которое недавно получила.

Она вздыхает, достает телефон из серебристого клатча и открывает статью, настороженно глядя на меня.

— Си, я не хотела портить тебе вечер. Подумала, может, это недоразумение или старое изображение. Но на нем тот же смокинг, такая же щетина и зачесанные назад волосы. Снимок сделан сегодня. Мне очень жаль. – В ее голос закрадывается печаль, пока она мертвой хваткой сжимает телефон, прижимая его к груди.

— Что сняли сегодня? За что ты извиняешься? Господи, Мэдди, говори нормально. Ты сейчас доведешь меня до панической атаки!

Я чувствую, как сердце трепещет в груди, а ладони потеют. Если Мэдди так взвинчена, значит, что-то и правда не так. Я больше не могу этого выносить. Я протягиваю руку и вырываю телефон из ее тисков.

Взглядом скольжу по экрану, а разум пытается осознать то, что я вижу. «Так вот та женщина, из-за который Келлер Руссо недоступен для других?» – написано в верхней части страницы. Меня тошнит. Дрожащими руками я продолжаю листать статью. На первой фотографии улыбающийся Келлер помогает сногсшибательной брюнетке выйти из машины. Она, подняв голову и улыбнувшись ему, длинными наманикюренными пальцами обхватывает его предплечье. На всеобщее обозрение выставлены ее бесконечные, подтянутые ноги.

Меня переполняет ярость. При взгляде на следующее фото у меня звенит в ушах и грозят пролиться слезы.

Нет, Сиенна, мужчина больше не заставит тебя плакать.

На следующем снимке они заходят на арену вместе, рука об руку, и улыбаются, напоминая пару знаменитостей, какую мир наверняка бы принял.

— Мы можем уйти, пожалуйста? – прошу я, ровно дыша.

Мэдди просто кивает, с мрачным выражением лица берет меня за руку, и мы присоединяемся к толпе людей, направляющихся к выходу. Я даже не смотрю на Келлера.

Вернувшись в квартиру, я срываю с себя платье и бросаю его кучей на пол. Телефон выключен и лежит на прикроватной тумбочке, а я, натянув первую попавшуюся пижаму, направляюсь в комнату Мэдди. Не хочу сегодня оставаться наедине со своими мыслями. Она одаривает меня теплой улыбкой и отодвигается к стене, приподнимая одеяло, чтобы я могла присоединиться к ней. Я опускаю голову на ее плюшевые подушки из гусиного пера.

— Однажды я перестану заставлять тебя утешать меня, когда мое сердце будет разбито. – Я пытаюсь относиться к ситуации легкомысленно, но она всегда видит меня насквозь. И нежно гладит меня по волосам.