Книга Не дай мне влюбиться, страница 114 – Келси Рей

Почувствовав мою неуверенность, Кольт отрывает взгляд от окна и касается моей руки, лежащей на подлокотнике между нами. Будто он знает, что это немного убивает меня, но все равно подталкивает к этому, потому что думает, что мне это нужно. И в каком-то смысле он может быть прав.

Наверное.

Его тепло успокаивает. То, как он проводит большим пальцем по моей коже, пока тревога проедает дыру в моем животе.

— Ты не ездила домой с Рождества, Эш. Я думал было бы хорошо навестить твою семью, – указывает он. – К тому же я уже какое-то время хочу познакомиться с твоими родителями, и раз уж я знаю, что ты бы откладывала это до последнего…

— Я не откладывала бы это до последнего, – спорю я, складывая руки на груди.

— Ты уверена? – Он выгибает свои густые брови.

— Ты знаешь, что у нас с родителями отношения… странные, – все еще хмурясь, я поворачиваюсь к нему в сером кожаном сиденье и ощериваюсь.

— И я думаю, что пришло время это исправить.

— На словах у тебя все легко. – В животе все переворачивается, когда самолет опускается на полосу, и я сглатываю, разглядывая в овальном иллюминаторе свой родной город.

— Нет, все будет сложно. Но мы любим сложное, помнишь? – Кольт приближается и оставляет поцелуй на моем виске. – Если ты собираешься заставлять меня бороться за то, чего я хочу, и строить то будущее, которое я хочу, то я собираюсь заставлять тебя выстроить с родителями те отношения, которые ты хочешь. Даже когда будет сложно. Понимаешь?

— А что, если они не хотят того же, Кольт? – шепчу я, озвучивая свои страхи, которые я ненавижу больше, чем когда-либо. – Не хотят хороших отношений.

— Солнышко, – стонет он, притягивая меня ближе к себе.

Это неловко, спасибо за это ремням, но мне это даже нравится. Его желание успокоить меня. Его потребность сделать все лучше. Исправить вещи, которые ему неподвластны. Это означает, что он заботится. И мне нравится его забота.

— Может, они думают, что ваши отношения уже хорошие, – спорит он. – Ты когда-нибудь думала об этом? Может, они вообще не подозревают, что есть какая-то проблема.

Он прав. Мои свободолюбивые родители явно ничего не подозревают.

Наверное, это из-за того количества травки в их организме, но что я могу знать? От этого ситуация не становится менее болезненной.

— Это еще хуже, – ворчу я в него. – Потому что если они не видят проблемы, наверное, дело во мне. Наверное, проблема это я.

— Неправда.

Я закатываю глаза и отстраняюсь от него, но он берет меня за подбородок и заставляет встретиться взглядом с ним.

— Не надо. Не преуменьшай свои чувства, потому что думаешь, что они причинят неудобства другим.

— Я не…

— Ты так и поступаешь, – перебивает он. – Я видел, как ты делаешь так много раз. От нас с Мией до Логана и твоих родителей. Ты оттесняла то, что тебе нужно, и ставила их на первое место. И так раз за разом.

— Нет ничего такого в том, чтобы ставить кого-то на первое место, – спорю я.

— Ты права. Но что-то становится не так, когда ты всегда ставишь себя под удар. И раз уж ты не можешь позаботиться о себе, я сделаю это сам. – Он отпускает меня и, гордый собой, откидывается на спинку своего кресла.

— Кольт, у меня все нормально, – я поджимаю губы.

— Нет ничего такого в том, чтобы озвучивать свои потребности в отношениях, Солнышко. Но ты ставишь нужды всех прежде своих, и я больше не позволю тебе этого делать.