Книга Хорошие девочки попадают в Ад, страница 93 – Марина Эльденберт

Но все обошлось.

Все. Обошлось.

Хотя операция была непростая, Ники выжила, и это так на нее похоже. Потому что она боец, боец по жизни, и она заслуживает раскрутить эту жизнь на полную, как никто.

— Она может прийти в себя на следующий день, а может через неделю, — так сказал врач.

Этот хирург спас ее, и поэтому Лукас ему верил, верил в то, что он говорит — операция прошла успешно, теперь все зависит от нее, от скорости ее восстановления.

Он сообщил ее отцу и матери, и мать уже летела через океан. Снова. Отец ничего не сказал, но Лукасу было плевать: он сделал все, что мог. Если этот идиот не понимает, какую драгоценность он мог потерять сутки назад, это его проблемы. Пусть идет на хер.

— Привет.

Ее голос, пока еще тихий и слабый, раздался так неожиданно, что Лукас на мгновение замер, а потом стремительно подался вперед и коснулся губами бледных губ.

— Я тоже рада тебя видеть, — сказала она, когда Лукас отстранился.

— Я позову врача…

— Не надо. Дай мне пару минут, чтобы сказать то, что я должна была тебе сказать сразу… на Мальдивах.

— Ты еще успеешь сказать мне все, что ты хочешь, а врач…

— Для меня это важно.

Он остановился на этих словах. Потому что в конечном счете нет ничего важнее чем то, что важно для того, кто тебе дорог. Настолько.

— Я тогда испугалась, — Лукас опустился на край ее койки, чтобы ей не пришлось прилагать усилия и говорить громче. — Очень. И я боялась, что в моем сердце опять случится полная катастрофа, если я позволю себе любить Амиру… и тебя. Мне кажется, я испугалась именно этого, а не того, что может произойти. Или всего вместе. И я жила с этим, думала, что смогу с этим справиться…

— Тебе не нужно ничего объяснять, — попытался остановить ее он, но Ники упрямо сжала губы.

— Но я не смогла. Вы для меня целый мир, и целый мир мне не нужен без вас.

Если бы Лукас пытался подобрать определение тому, что чувствует, точнее он бы не сказал.

— Прости, что я дотянула до… ну, почти до Рая. Но я рада, что мне подарили второй шанс, чтобы я могла тебе это сказать.

— Главное, что ты жива, — он коснулся ее щеки. — Для меня это главное.

— Ну, тогда, полагаю… — Ники сделала паузу, улыбнулась и добавила. — Мы в порядке?

— В полном, — ответил он. — И чтобы в этом убедиться, я позову врача.

— Теперь можешь звать кого угодно.

Она прикрыла глаза, а Лукас нажал кнопку вызова. И снова, не удержавшись, провел пальцами по ее щеке.

— В полном, — повторил он.

Ники

Меня спас Лукас. Буквально. То есть если бы меня не привезли в больницу вовремя, меня бы уже не было. Иногда мысль об этом до сих пор проходила дрожью по моему позвоночнику: даже несмотря на то, что меня уже перевели из отделения реанимации в обычное.

Похоже, ему придется здорово разориться на психолога, чтобы я могла с этим справиться. И слава богу, что у меня есть такой шанс, потому что у многих девочек, которое в свое время доверились психопатам, нарциссам и абьюзерам, у них его больше нет.

Не знаю, какие демоны заставляли меня читать статистику домашнего насилия, но я ее читала. А еще читала про маньяков, похищающих жертв и удерживающих их в подвалах. Психолог, которая уже ко мне приходила, говорит, что это мой способ справиться с травмой. Прожить ее.

И я справляюсь. Как умею. С помощью близких: мама решила остаться здесь, в Сочи, хотя бы до того, как меня выпишут из больницы. Ди тоже прилетела.