Книга Эффект Фостера, страница 106 – Селина Аллен

— Есть еще кое-что, – замялся он. – Письмо из Флориды не пришло.

— Это еще ничего не значит…

— Значит, что меня не взяли.

Я знала, о чем он мечтает на самом деле. Бейсбол его страсть, как и университет Флориды. Хоть Мейсон и не раз уверял меня, что выберет Прово.

Он почесал затылок и виновато взглянул на меня.

— Я не должен был вываливать это на тебя, – сказал Мейсон, но я не дала ему договорить, приблизилась и порывисто обняла его. Мейсон попытался поцеловать меня, но я увернулась, сжимая его в объятиях сильнее.

Мне хотелось расплакаться. Я была отвратительным человеком. В последние недели, целуя Мейсона, я представляла Джефри. Это сводило меня с ума и напоминало об ошибке, которую я совершила. А утром я просто воспользовалась Мейсоном, ведь знала, что наш поцелуй не понравится его брату.

— Все в порядке, я всегда тебя выслушаю, ты можешь на меня положиться, – отстраняясь, сказала я.

Мейсон очень важен для меня и если я действительно хочу для него счастья, мне придется сделать выбор, даже если это будет означать, что я потеряю его навсегда.

Джефри

Двухсотмильная территория утеса «Вудстач» была разделена на охотничьи зоны. В одну охотничью зону из соображений безопасности никогда не допускалось более одной группы. На машинах мы добрались до лесной хижины, которая находилась в самой гуще леса. Деревья в округе росли очень плотно друг к другу, земля была влажной, что осложняло передвижение. Свет с трудом пробивался сквозь кроны высоких деревьев, но все наслаждались этой особой магией, что дарил дикий лес. Все, кроме…

— О, боже мой, по мне что-то ползает, это паук, у меня на голове чертов паук! – завопила Барбара, прыгая на месте и беспорядочно смахивая со своей макушки несуществующего паука. Почему несуществующего? Потому что Барбара закричала через секунду, как вышла из машины.

Я оглянулся назад, коротко усмехаясь, глядя на то, как Мейсон пытается ее успокоить.

— Можешь расслабиться, не думаю, что он смог бы находиться на твоей голове и не умереть от количества лака на твоих волосах, – бросил я.

Барбара Эванс неизменна и я совершенно не понимал, почему она поехала с нами. Достаточно было взглянуть на ее обувь и укладку, чтобы понять, что она так далека от охоты, как я от разведения попугаев.

Для похода в лес она все же пожертвовала своей укладкой и убрала волосы в низкий пучок. Снова на ней был костюм от Рудольфа Ларена. Не считая бесконечного количества заклепок и замочков на нем, он вполне подходил для леса. Обувь пришлось сменить на удобные непромокаемые ботинки, а еще на ней был ярко-оранжевый неоновый жилет. На каждом из нас был такой, он был нужен для того, чтобы видеть друг с друга издалека и случайно не перепутать человека с мишенью.

Только некоторые из нас по-настоящему умели стрелять. Среди них был я, мой отец, Оливер Эванс и Эрни – дворецкий Эвансов. Джемма тоже умела стрелять, но за несколько лет регулярной охоты в сезон делала это несколько раз. Мейсон при всем его хвастовстве рогами, которые он добыл в прошлом году, был не очень-то хорошим стрелком, но новичкам часто везет. Что до последнего члена нашей компании, одного взгляда на Барбару было достаточно, чтобы понять, что ружье она даже в руках не держала.

Стрельба для меня была еще одним занятием, в котором я хотел преуспеть, чтобы обратить на себя внимание отца. Я стрелял хорошо, даже больше, чем просто хорошо. Я помню первый день, когда Джемма настояла на том, чтобы меня – одиннадцатилетнего парня взяли на охоту. Дэниел показал мне, как обращаться с ружьем и я запомнил его наставления на всю жизнь. Уже в тринадцать я легко мог завалить оленя, даже невзирая на боль, что возникала каждый раз, как шла отдача от выстрела, и приклад ружья бился о мое плечо. Я возвращался домой с огромным синяком на коже от приклада, с искусанными комарами или осами руками, иногда с отпечатками зубов змеи, но был счастлив, надеясь, что сумел впечатлить отца.