Книга Эффект Фостера, страница 67 – Селина Аллен

Все как я и думала, Мегера пьет его жизненную энергию.

— Дочь? – позвал он, когда я не ответил.

Он медленно забрал у меня письмо и прочел его.

— Барбара, поздравляю, – сдержанным тоном произнес он. – Это твоя победа. Я горжусь тобой.

Я невольно вскинула голову, словно мечтала услышать нечто подобное всю свою жизнь. Отец часто говорил вещи, которые можно было расценить как любовь: «я переживаю за тебя», «я верю в тебя», «я знаю, что ты справишься», но я никогда не слышала от него, чтобы он гордился мной уже сейчас. Все его слова были адресованы в будущее, будто бы сейчас нечем было гордиться, но в будущем я определенно бы достигла чего-то, чем можно было похвалиться перед такими же богатыми и влиятельными друзьями.

— Спасибо, – сухо ответила я.

— Ты кажешься недовольной, – заметил он.

— Я получила еще два письма ранее, – поспешила выдать я, чтобы он ничего не заподозрил. – Меня взяли во Флоридский, и я не прошла в Колумбийский.

Его брови подскочили в удивлении.

— Колумбийский гораздо престижнее, но в Университете долины Юта очень хорошая программа. Я знаю, что ты привыкла быть во всем первой, но я очень доволен результатом.

Нет, это ты всегда хотел, чтобы я была первой. Я всего лишь хотела заниматься верховой ездой и создавать одежду.

Я не чувствовала себя «победителем», и отец тоже почувствует это, ведь я не собираюсь учиться ни в Ореме, ни во Флориде ни где либо еще.

— Они приглашают тебя в мае посетить университет, чтобы познакомиться с кампусом и программой поближе, – сказал отец, снова заглядывая в письмо.

— Да, думаю, поеду с Отэм, он тоже метит туда, надеюсь, ее приняли, – задумчиво протянула я.

— Я так горжусь тобой, моя маленькая принцесса! – заходя на кухню, протянула Мегера. – Нам стоит позавтракать всем вместе, такое нужно отметить, да и, в конце концов, мы ведь семья!

Меня затошнило от одного упоминания слова «семья» в контексте этого дома. Семьи здесь больше не было, было лишь цирковое представление.

Мегера и отец удалились в столовую, ожидая, что я к ним присоединюсь.

— Скажу Келли убрать ножи. Не хочу навещать тебя в колонии, – прошептал Эрни мне на ухо.

— Я бы делала превосходные заточки и украшала бы их стразами.

— Барбара…

— Знаю-знаю. Вилки тоже убери, не могу быть уверена, что к концу этого завтрака на ее заднице не появится четыре симметричных отверстия.

Глава 17

Барбара

— Смотри внимательно, это очень важно, детка, – назидательно проговорила мама, проводя скребницей по шкурке Дэша. – Тереть можно круговыми движениями, но не дави слишком сильно, иначе ты сделаешь больно.

Я стояла рядом со Спаркл и повторяла все манипуляции, о которых рассказывала мама. Спаркл был спокойным пони, и даже наслаждался процедурой чистки.

— Не трогай скребницей позвоночник и выпирающие косточки, и никогда не становись позади лошади, даже самый покорный конь может дернуть задними ногами.

Я нахмурилась, для семилетней меня чистка лошади перед прогулкой казалась каторгой.

— Почему не предоставить эту работу конюху? – прищурившись, спросила я.

Мама усмехнулась и снисходительно покачала головой, светлые волосы, забранные в хвост на ее затылке, покачивались в такт ее движениям и струились по плечам и спине словно водопад.

— Если всю грязную работу будет делать конюх, то лошадь никогда не станет твоей. Если ты хочешь чтобы она считала тебя ее другом, то стоит ухаживать за ней самостоятельно.