Книга Эффект Фостера, страница 97 – Селина Аллен

— Полагаю, что так.

Фостер взглянул на мое платье.

— Почему ты здесь?

— Потому что хочу, – вздернув нос, ответила я. Семья Фостеров была на похоронах в полном составе. Джефри тоже был, но почему-то вдруг оказался на конюшне.

— А ты почему здесь? – спросила я.

— Пошел за тобой, – слишком откровенно ответил он, а затем, смутившись, отвел взгляд. – Подумал, ты хочешь сбежать.

Фактически я и сбежала.

В тот день он был другим, более спокойным что ли, а может просто пожалел плачущую девочку, оставшуюся без мамы.

Из кармана я достала маленькую вещицу, и по привычке начала крутить ее в руках, чтобы успокоиться.

— Что это? – спросил он, указывая на серебристую цепочку с маленькой подвеской.

Я повернула голову, сталкиваясь с Джефри взглядом.

— Мой дедушка подарил эту подвеску маме в детстве. Она сказала, что эта вещица помогла ей полюбить лошадей, ведь после подарка она заинтересовалась настоящими лошадьми и начала тренироваться. Она подарила ее мне, когда я начала заниматься верховой ездой, – рассказала я.

— Можно посмотреть? – спросил он. Я удивленно вскинула брови, ведь он никогда не спрашивал разрешения, прежде чем что-то сделать.

Я сглотнула, разглядывая серебристую подвеску в виде лошади, вставшей на задние ноги, она была литой, без единого камушка, но такой красивой. Я вложила ее в руки Джефри, и он с интересом стал разглядывать ее.

— Оставь себе, – сказала я. – Благодаря ей мама полюбила лошадей, вдруг она поможет тебе полюбить меня. – Тогда я не имела в виду настоящую «взрослую» любовь, мне просто хотелось, чтобы Джефри стал относиться ко мне лучше.

Но мне стоило понять еще тогда, в моменты, когда Джефри добрый, когда он улыбается и когда смотрит на меня этим я-ангелок взглядом, значит, он приготовил для меня что-то действительно отвратительное и травмирующее. И после моих слов о любви он переменился в лице, его взгляд потемнел, а с губ слетело подобие улыбки. Он встал, сунул мой подарок с карман брюк и направился к выходу.

— Это предположение такое же тупое, как и этот подарок. Но спасибо, выброшу его по дороге домой, – не оборачиваясь, бросил он.

Теперь в этом деннике жила Герцогиня, но я по-прежнему часто забредала к ней, садилась на настил из чистого сена и просто думала. Я бы сделала так и в день, когда Рейджи взбесился и едва не затоптал меня под своими копытами, но мне помешала Отэм.

После того, как Джефри разозленный ушел вылавливать Рейджа, мы с подругами направились к конюшне. Я молчала, обдумывая произошедшее, Отэм молчала, а вот рот Челси не закрывался.

— Шли бы кататься на своих лошадях и не трогали бы нас, – ворочала она.

— Ты не должна была заходить туда, – разгневанно сказала я.

— Опять будешь говорить об опасности? Да мы были в полном порядке, пока не появились вы. Конь ведь из-за тебя взбесился.

— Зачем ты вообще пошла к Фостеру? – спросила Отэм.

— Захотела и пошла и не нужно этого сучьего тона, – фыркнула Челси.

— Довольно! – остановившись, воскликнула я. – Тебе лучше уйти.

— Из-за того, что я просто поговорила с Джефри?

— Нет, из-за того, что ты делаешь, что вздумается. Нельзя заходить в леваду без разрешения, – я стояла на своем. Подобное поведение несет опасность в первую очередь для Челси. Дело вовсе не в том, что я приревновала Фостера.