Книга Тьма в его сердце, страница 106 – Селина Аллен

— Сегодня? А завтра каруселей может быть недостаточно? – спросил я, ощущая себя на пределе. Я готов был затащить ее за первый попавшийся лоток, торгующий мороженым, к черту карусели, и плевать на людей.

Она засмеялась и ударила меня в плечо. Однако ее удар я практически не почувствовал.

— Остановимся пока на каруселях.

Ее рука все еще была в кармане моей куртки, там же, где и моя рука, и это не казалось мне неприятным, а скорее наоборот. Джоанна скрестила наши пальцы, образуя «замок», а я в ответ сжал ее руку своей. При этом, она даже не взглянула на меня, увлеченно разглядывая громкие мигающие карусели.

Заинтересованность в ее взгляде прямо говорила мне о том, что идея привезти ее в парк, была самой, что ни на есть подходящей.

— Может, хочешь мороженого? – спросил я, прогоняя из головы образы стонущей Джоанны, прижатой к каменной стенке здания.

Она остановилась и развернулась ко мне всем телом, попутно вынимая руку из моего кармана. Ее брови в удивлении съехались к переносице.

— Мороженого?

— Ну да, такое холодное лакомство, – решил пояснить я, словно она никогда в жизни не видела мороженое.

Она хмыкнула и приподняла уголок губ.

— Ты всегда ешь мороженое, когда на улице холодно? – спросила она, в синих глазах заискрило веселье.

— Черт ты права. Я думал, ты захочешь мороженого. Мне еще не приходилось угощать девушку чем-то кроме алкоголя, – почесав затылок, сказал я.

— Мороженое сойдет, – медленно протянула она, улыбаясь одними глазами. У меня сложилось впечатление, что сказать она хотела совсем не это.

Я кивнул, и снова машинально взяв ее за руку, повел к злополучному лотку, где продавали мороженое.

— А ты, какое мороженое будешь?

Джоанна усмехнулась и хитро посмотрела на меня.

Я не понимал что, мать вашу, происходит.

— Клубничное мое любимое, а ты, какое будешь? – спросила она, выделяя интонацией последнее слово.

— Шоколадное, – коротко ответил я, разглядывая ее профиль, в попытках узнать, над чем она насмехается. Однако мне это не удалось, потому что, мы подошли к лотку с мороженым и напитками.

— Одно шоколадное и одно клубничное мороженое, – сказал я, на ходу доставая бумажник с заднего кармана джинсов.

Продавец окинул меня непонимающим взглядом.

Я посмотрел на него, а потом на Джоанну, подмечая, что она, уже не скрываясь, хихикает над чем-то.

— Мороженого нет, холодно ведь, – сказал продавец, возвращая меня на землю.

— Мороженое не продают осенью, Блейк, – вторила ему Джоанна и накрыла мое плечо своей ладонью, поставив в тупик.

Она откинула волосы за спину и обратилась к продавцу:

— Сахарную вату, пожалуйста, – затем взглянула на меня, – а ты будешь?

Я отрицательно покачал головой. Достал двадцатку и протянул продавцу.

— Сдачи не нужно, – добавил я. Парень кивнул и забрал деньги.

Маленькая пакостница знала, что я буду выглядеть как идиот, но не предупредила меня. Я не любил когда меня разыгрывают и выставляют кретином.

— Ты не часто бываешь в таких местах, не правда ли? – спросила Джоанна, запрокидывая голову и заглядывая в мои глаза.

— В детстве, может быть, я уже и не помню. А ты? Должно быть, родители часто водили вас повеселиться?

— Вас? – переспросила она, округляя глаза.

— Ты говорила, что у тебя есть брат.

— Да, да, я и брат.

Улыбка Джоанны дрогнула, мой вопрос поубавил ее смешливости. На секунду в ее глазах я заметил печаль, но она исчезла также быстро, как и появилась. Джоанна натянула улыбку и отвела взгляд.