Книга Деловое предложение. Том 1, страница 7 – Хэхва

Директор Ан Чхольгю, который утверждает, что успех компании – лишь его заслуга, сейчас занят исключительно борьбой за власть, а не работой. Отец Тхэму, Сонджон, порядком настрадался из-за него в свое время, когда был президентом, пока председатель Кан просто наблюдал за всем со стороны. Возможно, это послужило одной из причин, почему Сонджон ушел из «Сонун» и передал все дела сыну.

— Сам разобраться не можешь и просишь деда подсобить? Ты теперь главный, вот сам и справляйся.

Хитрый старикан.

— Если не собираетесь помогать, перестаньте вмешиваться.

— Что? Забыл, какая у меня здесь доля?

— Компания не настолько велика, чтобы ее акциями можно было хвастаться.

«Сонун» была одной из многих фирм среднего уровня, поэтому пакет ее акций не считался особо ценным активом. Кан Мангын основал эту компанию, и из уважения к его заслугам нынешнее руководство приняло решение оставить старику должность председателя, чем тот активно пользовался, постоянно заглядывая в офис и ворча на сотрудников.

— Ха, какой наглец! И что, даже не предложишь дедушке присесть?

— Вы уже сидите.

— Кхм! Все же есть разница, предложил ты или нет, – пробормотал председатель Кан, устраиваясь поудобнее на кожаном диване, и перевел взгляд на Сонхуна:

— Принеси мне чаю.

— Какой вы предп…

— Секретарь Чха не слуга, – вклинился Тхэму, обращаясь к председателю Кану.

Сонхуну следовало быть тронутым таким отношением со стороны своего начальника, но он знал, что Тхэму сказал все это не ради него, а чтобы поскорее отвязаться от председателя Кана…

— Я что, должен сам заваривать чай в твоем кабинете? В мои-то годы?

— Лучше пейте его в вашем любимом кафе «Ынхе».

— Оно испортилось. Мадам^[5] – полный отстой.

— Почему же? Она предпочла кого-то другого?

— Кого это?! – возмутился председатель Кан, но на самом деле все было именно так. И его уязвленное лицо служило тому подтверждением.

— Я приготовлю чай, – находчиво предложил Сонхун.

— Даже не думай. Боюсь представить, что придется выслушать от внучка, если я заставлю тебя что-то делать. Дедушка у него на втором плане, зато о своих людях он печется.

Председатель Кан бросил недовольный взгляд на Тхэму.

«Ну да, как же, печется он», – подумал Сонхун и недовольно хмыкнул.

— Я вообще к тебе зашел не просто так, – начал председатель Кан. – Тебе бы пора задуматься о семье, на свидание сходить.

На мгновение Тхэму изменился в лице, но довольно быстро взял эмоции под контроль и вернулся к изучению документов, всем видом показывая, что этот разговор не заслуживает и капли его внимания.

— Я занят.

— Ты даже не спросил, когда свидание, а уже занят?

— И когда же?

— Сейчас.

Сейчас? Тхэму удивленно приподнял бровь – ему так и хотелось спросить, не пошутил ли старик, но, несмотря на хитрую ухмылку, председатель Кан сейчас был абсолютно серьезен.

— К несчастью, вы выбрали время, когда я больше всего занят.

— Вот как? Сегодня ты занят, в рабочее время – тоже, так когда свободен? Может, все-таки есть в твоем плотном графике небольшое окошко? Возможно, в другие дни твоя загруженность меньше?

Председатель Кан не из тех, кто легко сдается. Время можно изменить, сам факт свидания вслепую – нет.

Старик довольно улыбнулся. Если бы улыбка могла быть такой же острой, как лезвие ножа, секретарь и президент Кан определенно уже пали бы смертью храбрых.