Книга На твоей орбите, страница 38 – Эшли Шумахер

— Я в порядке, – умудряюсь сказать я без дрожи в голосе. – Мелочи это. Что на поле было.

— Медиков позвали, – невероятно тихо произносит Нова.

Я понимаю, что она напугана. Из-за меня. Ее беспокойство не должно вызывать такого счастья. Но я счастлив. Счастлив, когда вижу зеленый отблеск от света фонарей в ее глазах, кудряшку волос, заправленную за ухо. Счастлив быть рядом с ней.

Начинаю понимать, почему мотыльки летят на огонь.

— Их всегда зовут, – говорю я ей. – Это их обязанность. Такое постоянно случается. Я в порядке.

— «Такое постоянно случается»?

— В смысле…

Словно разозлившись, Нова говорит:

— Если такое постоянно случается, зачем ты вообще играешь? Ты обязан?

Ее ладонь все еще греет мою щеку и с каждой секундой становится горячее.

— Я даже не знала, что ты хотел играть в футбол, – продолжает она. – В детстве ты спортом не интересовался.

— И я не знал, – говорю я. – Пока сюда не переехал. Даже не знал, что была такая опция, но я попробовал, и у меня стало получаться. Хорошо получаться.

Нова собирается опустить руку, и я инстинктивно хватаю ее, пытаясь удержать у своей щеки. Осознавая, что я сделал, она округляет глаза. И я, кажется, тоже.

Мы смотрим друг на друга – два оленя, ослепленные взглядами.

— Мне надо домой, – говорит Нова. Она всегда останавливает нас первая. – Я рада, что ты в порядке. Поблагодари за меня отца. Я… Надеюсь, он не думает, что мы…

Я не могу не улыбнуться. Все еще держу ее ладонь у своей щеки.

— Думает, что мы что? Друзья?

Ее пальцы дергаются в моей руке. Она бормочет что-то неразборчивое.

— Что? – спрашиваю я.

— Больше, чем друзья, – повторяет она.

Клянусь, ее ладонь горячее моей.

Я пытаюсь придумать, что сказать, понять, что думаю. Предательские мысли о том, что я хочу быть больше, чем друзьями, что ради нее готов бросить план с футболом и Эбигейл, что наше «правда обещание» запустило некий вселенский план и нам судьбой предначертано было оказаться здесь, сейчас, рядом, в дырке другого забора… Нова меня спасает.

— Но мы не можем, – говорит она. – Потому что у тебя девушка. Ты был счастлив до того, как я приехала, да? Зачем все портить, если я скоро уеду?

Она выкладывает все свои мысли. Я не перебиваю.

— И мне нужно разобраться в себе, – продолжает она. – Это единственная причина, почему я… Я не могу цепляться за окружающих и сливаться с ними. Мне нужно перестать быть хамелеоном. Понимаешь? И я не смогу этого сделать, если я… если мы…

Я должен быть разочарован ее словами, вбивающими последний гвоздь в крышку гроба нашего «правда обещания», которое на самом деле просто ироничное стечение обстоятельств. Должен. Вот только…

Она протягивает другую руку и прижимает ее к другой моей щеке. Эту ладонь я тоже хватаю. Будто, если поторопиться, я смогу остановить время, весь мир и просто быть здесь. Никаких планов. Никаких обязательств. Просто мы.

— Мы не можем, – снова шепчет Нова.

— Нам не обязательно становиться кем-то еще, – говорю я. – Можно просто быть нами. Что в этом плохого? Мы разберемся в тебе, я останусь собой. Посмотрим… кто мы вместе, понимаешь?

Стрекочут сверчки. Лают соседские собаки. Нас окружают звуки вечернего техасского пригорода, так что вряд ли стук, который я слышу, – это стук сердца Новы, однако он в точности совпадает с пульсом, который я ощущаю в ее запястьях.