Книга На твоей орбите, страница 68 – Эшли Шумахер

Потом мне и правда предлагают купить мэтчи, но я уже не читаю.

Я выбегаю из дома, несусь к ее окну, слабо понимая, что делаю, пока она не говорит: «Ты поломал достаточно. Не хочу добавлять к списку разбитое окно».

Она не улыбается – не совсем, – но она подошла.

Не могу не улыбаться в ответ.

— Вероятность провала была девяносто девять процентов, – напоминаю я ей. – У нашей попытки не видеться.

Она пробегается пальцами по подоконнику, смотрит вниз, но не на меня.

— Я же сказала, что это был глупый тест.

— А я сказал, что это знак.

Ее взгляд встречается с моим, и внутри все сжимается от грусти в ее глазах.

— Мне нужен гораздо более крупный знак, если мы… если есть…

Нова замолкает и громко выдыхает. Я не тороплю, хотя мне ужасно хочется знать, что она собирается сказать. Но если она не готова, а я буду давить на нее, она передумает говорить.

Пока я жду, мысли возвращаются к тому платью из звезд, галактике, оставшейся в примерочной магазинчика. Собирается ли Нова на бал выпускников? Станцует ли со мной хотя бы раз? Будет ли этого достаточно? Я точно знаю, что нет. Если все так и закончится – одним танцем, это будет словно конфетка для голодающего. Радуйся, голодающий, это лучше, чем ничего.

— Все указывает на то, что это плохая идея, – говорит Нова.

Я жду продолжения. Она поясняет:

— Нехорошо, что мы пытаемся запихнуть что-то из нашего детства в школьную жизнь. Это несправедливо ни по отношению ко мне, ни по отношению к тебе. – Она замолкает, а затем повторяет слова, сказанные ранее: – Это несправедливо по отношению к Эбигейл.

Настал мой черед молчать. Взгляд Новы тяжелым грузом давит на грудь, и никто не поможет мне его снять.

— Ты собираешься с ней расстаться?

— Нет.

Я ответил сразу, без всяких сомнений, и, кажется, это удивило нас обоих. Я вижу, как Нова тяжело сглатывает.

— Ты ее любишь?

Она уже задавала этот вопрос в самый первый день, но обтекаемо. В этот раз вопрос прямой, острый. Наполовину вопрос, наполовину обвинение.

Я удивлен, как быстро второе «нет» слетает с губ.

Не знаю, чего я ожидал от Новы, но не того, что увидел у нее на лице: разочарование, возможно, даже печаль.

Неужели ей послышалось, что я не люблю ее? Это совершенно другой вопрос, на который у меня нет точного ответа, но я знаю, что это не «нет». Нова снова вздыхает и спрашивает:

— Тогда зачем ты остаешься с ней?

Я судорожно пытаюсь подобрать правильные слова, принадлежащие Вселенной, которая связывает Луну и Землю, Вселенной, которая показала мне два знака, друг за другом, заставила покинуть свою комнату и прийти сюда.

Каким должен быть ответ, чтобы Нова сделала то, что делала каждый раз, когда мы обещали держаться друг от друга подальше? Как заставить ее остаться?

* * *

Нова

Я знаю ответ на свой вопрос.

Он остается с ней, потому что это легко.

Он остается с ней, потому что ему кажется, что так должно быть.

Так он говорил, так действовал. В торговом центре это стало совершенно очевидно: рядом с Эбигейл он выглядел так, будто пытается выбраться из ловушки.

Может, если бы не Лиам, я бы попыталась продолжить эти странные недоотношения – наполовину ностальгию, наполовину любопытство.

Если бы не колледж и не будущее, несущееся на меня со скоростью сто шестьдесят километров в час, может, тогда бы я сказала: «Почему нет?» – и попыталась бы понять, кем мы с Сэмом могли бы быть.