Книга Брак по расчету, страница 140 – Фелиция Кингсли

Мне хочется, чтобы Эшфорд остановился и в то же время чтобы не останавливался.

Его поведение лишило меня способностей связно формулировать мысли, но не могу удержаться от вопроса:

— Что ты делаешь? Ты же можешь заполучить любую женщину, какую захочешь…

— Она прямо передо мной. – И с этими словами он опускает голову к моему плечу и глубоко вдыхает. А потом, к моему удивлению, проводит языком от ключицы до уха, нежно лаская.

— Ты сегодня слишком кроткая, Джемма, – бормочет он.

Я просто ошеломлена. По-другому мое состояние и не опишешь.

Эшфорд не просто флиртовал со мной. Его намеки очевидны. И я ужасно этому рада.

Но он всерьез – или просто дразнит меня?

Есть только один способ это выяснить: сделать шаг навстречу и рискнуть.

Я провожу руками по его груди, по плечам, глажу шею и затылок, и пальцы запутываются в волосах. Прижимаюсь к нему, и мое лицо теперь всего лишь на расстоянии дыхания от его.

Ну же, герцог. Пан или пропал. Бери или уходи.

И он берет. Берет все, что я ему предлагаю.

Он целует меня так, будто хочет забрать мою душу, а я отвечаю, точно хочу вернуть ее назад.

Время тянется, музыка продолжается, а мы с ним двигаемся, откровенно вжимаясь друг в друга. Только одежда заставляет нас балансировать на неустойчивой грани между приличием и скандалом.

Он мучает меня, зная, что мы находимся в общественном месте.

Его руки поднимаются от моих бедер выше, замирая под самым подолом комбинации, касаясь кружев подвязок. Он знает, что я бы просила его не останавливаться.

— Ну здравствуй, жена, – шепчет он между поцелуями.

Я краснею, будто вся кровь сейчас прилила к лицу. Никогда не думала, что эти слова могут звучать настолько эротично.

— Ты понимаешь, что мы начали? – шепчет он дальше.

— Давай уйдем, – задыхаясь, прошу я.

— Не могу не согласиться. – Он крепко берет меня за руку и идет вперед, к выходу, рассекая людское море.

Мы врываемся в Денби, охваченные неудержимой страстью, и едва можем подняться по лестнице, не отрываясь друг от друга: Эшфорд подхватывает меня на руки.

— Эшфорд! – протестую я, когда он прижимается губами к вырезу моей комбинации. – Твоя мать здесь! Дельфина в Денби!

— Дельфина напилась валиума до беспамятства, – отвечает он, продолжая меня целовать. – И в доме сто пятьдесят комнат. Нас никто в жизни не услышит.

Без дальнейших колебаний я позволяю ему поднять мою комбинацию до талии, а сама вытаскиваю рубашку из его брюк.

Когда мы подходим к дверям наших смежных апартаментов, Эшфорд с лукавой улыбкой спрашивает:

— К тебе или ко мне?

Она лежит на левом боку, и я обнимаю ее со спины. Зарываюсь лицом в ее волосы, целую в затылок.

У ее кожи совершенно особенный аромат, я узнаю его где угодно: нежный, сладкий, теплый и обволакивающий. С жадностью вдыхаю и снова целую ее в шею. Если я начинаю думать о только что прошедшей ночи, все кажется мне нереальным. А ведь все было на самом деле. Когда мы вчера вечером вернулись, это уже были другие мы.

И сейчас наступило даже не одно из тех «похмельных утр», когда просыпаешься с шерстяным пледом вместо языка и привкусом водки во рту, потом оглядываешься и видишь, что одежды на тебе нет, как и на незнакомке, которая обнимает тебя за шею, и думаешь: «О черт!»

Нет, вчера мы были трезвые и на всякий случай еще и несколько раз повторили это вслух. В объятия друг друга мы бросились, осознавая, что делаем.