Книга Брак по расчету, страница 74 – Фелиция Кингсли

Армстронг, дворецкий Олстром-хауса, ведет меня в оранжерею.

Леди Локсли сидит за белым кованым столиком, обильно накрытым к чаю. Хозяйка дома одета в темное, как и в прошлый раз, – теперь в длинное шелковое кимоно, черное.

— Леди Локсли, добрый день, – уважительно приветствую ее я. Обычно у меня такой привычки нет, но она первая из аристократов пригласила меня к себе в гости.

— Джемма, проходи, садись! – приглашает она меня почти по-дружески.

— Спасибо. – Я сажусь напротив и молчу. Леди Локсли тоже молчит, но внимательно разглядывает меня своими глубокими серо-голубыми глазами.

— Ты не узнала меня, да, Джемма?

— Мы виделись на матче по поло…

— Да. Но и тогда ты меня не узнала. Оно и понятно, прошло так много лет, почти двадцать, – замечает она, подняв глаза к потолку для быстрого подсчета.

— Нет, наверное, нет…

— Начальная школа Святого Франциска. Первый класс. Мы учились в одном классе, но после рождественских каникул тебя забрали в другую школу.

Я киваю:

— Да, меня перевели в обычную.

— Задиры из класса каждый день крали у меня десерт, и ты всегда делилась со мной своим полдником. Я тебя никогда ни о чем не просила, ты просто как-то неожиданно предложила мне половину своего кусочка гречневого торта, а потом делала так каждый день, пока не ушла.

Я роюсь в воспоминаниях, пытаясь выудить оттуда что-то про начальные классы. В частной школе, куда меня записала бабушка, со мной почти никто не дружил. Они считали меня странной, потому что я ходила пешком или ездила на велосипеде, а не на машине с водителем, гувернантки тоже не было, а на каникулы я ходила в походы.

Но была там одна девочка, слишком маленькая для своего возраста, которой дома повар-француз всегда готовил вкуснейшие сладости и каждый день кто-то их крал.

— Это ты! – удивленно восклицаю я.

Под этими длинными, идеально уложенными медно-рыжими волосами прячется та самая испуганная девочка из школы.

Она смотрит на меня и кивает:

— Зови меня просто Сесиль. Для официоза нет причин!

— Я не верю! Это просто немыслимо! Никогда бы тебя не узнала! Ты… Ну… у тебя все еще рыжие волосы и голубые глаза… но теперь ты такая высокая! – Какая глупость, прошло двадцать лет, конечно, она выросла! – И ты такая спортивная и теперь уж точно не позволяешь никому собой помыкать.

— Я многому научилась…

— Почему ты хотела меня видеть? – смущенно интересуюсь я.

— Ты еще спрашиваешь! Я не думала, что когда-нибудь снова тебя увижу, и вдруг – пуф, ты замужем за Берлингемом! – Веселье Сесиль заразительно, даже если она говорит о мужчине, который выворачивает мне душу.

— Да уж, думаю, никто не ожидал, что Эшфорд женится на ком-то вроде меня.

— Даже не зная, кто ты, я уже хотела с тобой познакомиться. Когда я услышала первые сплетни, ты уже мне понравилась. Все только и делали, что спрашивали друг друга: «А ты уже слышала новость? Эшфорд Паркер женился! На девушке из Лондона, в порыве любви! Совершенно обычной, никаких титулов и аристократов в роду. Я специально приехала на турнир по поло, чтобы увидеть тебя. Все говорили о Джемме: Джемма тут, Джемма там… а потом, когда я тебя увидела, сразу вспомнила!

— Да уж. В тот день почти все болтали, точнее, даже ругали меня, – говорю я со сдерживаемой злобой, вспомнив о сплетницах в туалете.