Книга Все еще впереди, страница 96 – Мариана Запата

— Сначала дамы.

— Спасибо, – произнесла я слабым голосом. Ненавижу быть слабой.

— Луи, что ты будешь? – спросил Даллас моего младшенького.

Тот указал на мясную пиццу, затем ткнул пальцем в острые крылышки.

— Одно.

Я подняла палец и недовольно прищурилась, и он добавил:

— Пожалуйста.

В ответ на это Даллас удивленно поднял бровь, но оторвал кусок пиццы и положил на тарелку. Его рука зависла над коробкой с крылышками, и он спросил:

— Они острые. Ты сможешь их съесть?

За ответ Луи я могу винить лишь себя – потому что он сказал то, что я не раз произносила при нем.

— Я мексиканец, так что да.

Каре-зеленые глаза удивленно посмотрели на меня.

— Ладно, приятель. Как скажешь.

Он выбрал, наверное, самое маленькое крылышко и положил на тарелку с пиццей.

— Джош, а ты что будешь?

Три минуты спустя все мы сидели вокруг стола, набивая рот пиццей и мясом. Похоже, в сыре содержится какой-то волшебный ингредиент, обладающий целительными свойствами – моя головная боль прошла хотя бы на то время, пока я ела. Джош умял три кусочка пиццы и два крылышка, затем лег на пол и застонал от обжорства. Луи не был любителем поесть, но он съел достаточно из того, что лежало у него на тарелке. Не знаю, сколько съел Даллас, скорее всего, много. Потому что вся заказанная им еда пропала. У соседа даже живот не вздулся.

Бывают же такие везунчики.

— Голова уже меньше болит? – спросил он, сидя на полу у журнального столики, напротив телевизора.

Одной рукой Даллас опирался о пол, и вид у него был расслабленный и довольный, какой может обеспечить только пицца.

— Лучше, чем до еды, – я улыбнулась и помахала в воздухе рукой. – Спасибо. Сколько я тебе должна?

— Нисколько, – твердо ответил он.

Я знала, когда сражаться бесполезно, а когда есть возможность победить. Сейчас я решила не тратить силы зря. К тому же мне совсем не хотелось спорить. Я отплачу ему позже.

— Тогда еще раз спасибо.

Прежде чем я успела напомнить мальчикам о манерах, как они по очереди произнесли:

— Спасибо, мистер Даллас.

Меня переполнило чувство глупой гордости.

Сосед посмотрел на них и напомнил:

— Я ведь сказал, что вы можете звать меня просто Даллас.

* * *

— Мистер Даллас хороший, – несколько часов спустя сказал Луи, забираясь в постель.

— Да? – Я села на край кровати. Голова уже болела не так сильно, по крайней мере, я хотя бы могла разговаривать.

— Ага. – Малыш повозился и натянул простыню до подбородка. – Джош перекинул мяч через забор, а он даже не рассердился. Сказал, чтоб Джош не извинялся, ведь он не сделал чего плохого.

— Нужно говорить «ничего плохого», Луи. Но все равно очень мило, что он так сказал. – С возрастом я поняла, мне все больше и больше начинает нравиться в людях терпение и доброта. Когда я была моложе – и гораздо глупее, – то залипала на горячих парней с крутыми тачками. Теперь меня интересует кредитная история, трудовой стаж и личностные качества, а это, увы, за ужином и выпивкой не выведаешь.

— Он сказал, у нас кошмарный забор и его стоит починить.

Я кивнула, добавив забор к списку десятка других вещей, которые однажды нужно отремонтировать.

— Я знаю.

— Ты скажешь об этом abuelito?

— Дедушке? – Я подмигнула Луи. – Мне бы не хотелось. Может, ты, я и Джош сами его починим? Как считаешь?

Милое круглое личико вытянулось от огорчения.