Книга Ранчо одиноких сердец, страница 30 – Лайла Сэйдж

Фрайди стоял по соседству с Муншайн и Мэйпл, лошадьми Эмми. Но несмотря на то, что она провела дома уже почти неделю, я ни разу не видел ее в конюшнях. Наверное, она все же отводила лошадей на пастбище и обратно, однако ее сбруя так и лежала на прежнем месте.

А значит, Эмми не ездила верхом.

Что было вовсе на нее не похоже. Ничуть.

Обычно Амос чуть ли не силой стаскивал Эмми с лошади. Он чертовски хорошо понимал лошадей и умел с ними общаться, однако Эмми в любой момент могла превзойти отца.

Я вспомнил, как она упала в хижине и с каким видом потом смотрела на кровь. Может, это как-то связано с ее внезапным возвращением домой?

Вчера я видел, как Амос радовался ее приезду. И его не волновали причины. Как и Уэста. А Густ обеспокоился…

Я тоже. Хотя, вообще-то, меня это никак не касалось.

Дверь конюшни открылась, и вошла Эмми. Конечно же, как раз тогда, когда я о ней думал. Что ж, сам виноват. Не возжелай младшую сестру лучшего друга!

Сегодня Эмми надела белую майку, черные легинсы и сапоги, из-под потрепанной бейсболки выглядывали заплетенные в косу волосы. И почему она всегда так чертовски хорошо выглядит?

Эмми явно направлялась к стойлу Мэйпл, но, заметив меня, остановилась.

— Привет, – выдавил я.

— Привет. Чистишь стойла?

— Да. Муншайн на пастбище вместе с Фрайди, если что.

— Я пришла к Мэйпл. Стойло Муншайн не трогай, я сама его уберу.

— Как скажешь. Хочешь покататься?

Повисла долгая пауза. Эмми казалась почти испуганной. Но чего ей бояться? Мэйпл? Верховой езды?

— Да-да, покататься, – в конце концов неуверенно кивнула она.

Продолжая чистить стойло Фрайди, я все же украдкой поглядывал на Эмми. Осторожно, чтобы не привлекать внимания. Она взяла недоуздок и направилась к стойлу Мэйпл; ее руки заметно дрожали.

«Какого хрена?»

Эмми вывела Мэйпл из стойла, поставила на развязки^[5] и сняла со стены скребницу. Когда она начала чистить Мэйпл, руки у нее по-прежнему дрожали. Но ведь Эмми лучше всех знала, что нельзя ухаживать за лошадью в состоянии страха или тревоги.

Она стояла ко мне спиной, водя скребком по боку Мэйпл. Постепенно ее рука стала дрожать меньше, однако Эмми все равно была натянута, как струна.

— Эмми, – тихо произнес я, подходя ближе. Она не ответила, продолжая чистить лошадь. Я вдруг заметил, что у нее слегка подрагивают плечи. – Эмми, – уже более твердо позвал я.

Она по-прежнему молчала. Встав у нее за спиной, я протянул руку и накрыл ее ладонь своей, чтобы остановить скребок. Эмми неподвижно застыла, лишь руки и плечи у нее все еще дрожали.

Я взял скребницу из руки Эмми, а после обхватил ее ладонь и отвел в сторону от лошади. Затем развернул Эмми лицом к себе, положил руки ей на плечи. И увидел слезы в ее глазах.

«Черт».

Только ее слез мне и не хватало.

— Поговори со мной. Что происходит?

— Все хорошо.

По щеке Эмми скатилась слезинка. Я машинально стер ее, даже не задумываясь.

— С тобой явно что-то не так. – Я никогда ее такой не видел. И мне было не по себе. – Что случилось?

На миг Эмми застыла неподвижно, потом медленно кивнула. Я провел ладонями вверх и вниз по ее рукам, чтобы успокоить.

— Мне можешь смело рассказать.

— Все хорошо. – Она по-прежнему плакала, но в голосе теперь звучала злость.

— Эмми…

— Не надо. Хочу побыть одной.