Книга Ранчо одиноких сердец, страница 4 – Лайла Сэйдж

В конце концов из гардероба Тедди я выбрала простую белую майку – сейчас скрытую под моей любимой джинсовой курткой на подкладке из овечьей шерсти – и черную атласную юбку с разрезом чуть выше середины бедра. Обычно я носила нечто менее смелое и в этой одежде ощутила себя знойной женщиной. Как раз то, что нужно. Наряд дополнили черные ковбойские сапоги, знакомые с лошадью только понаслышке, зато идеально подходящие для вечера в баре.

Тедди надела черный топ с короткими рукавами и светло-голубые джинсы, настолько плотно обтянувшие ноги, словно были сшиты именно по ее фигуре. Медные волосы подруга собрала в высокий хвост, который подпрыгивал при каждом ее движении.

— Готова, детка? – спросила она.

Я вновь вдохнула прохладный воздух Вайоминга.

«Все хорошо, Эмми, – мысленно подбодрила я себя. – Твои ноги больше не в стременах. Ты на твердой земле».

— Готова, – кивнула я.

Эмми

Переступить порог «Сапога дьявола» – все равно что влезть в любимые джинсы. Там все так, как и должно быть.

Темный, грязный зал пропах застарелым сигаретным дымом. Курить внутри помещений в Вайоминге стало незаконно в 2005 году, но, если кто-то в «Сапоге дьявола» время от времени затягивался сигаретой, на это не обращали внимания.

В конечном счете, это была настоящая забегаловка, освещаемая внутри лишь мягким желтым светом из-за барной стойки, огнями сцены и кучей неоновых вывесок. Однако пронзающие темноту неоновые огни придавали заведению какой-то особый шарм. Больше всего мне нравилась вывеска с ковбоем, сидящим верхом на пивной бутылке, словно на быке, которая висела в углу прямо над моим любимым барным столиком.

Вряд ли я когда-либо видела «Сапог дьявола» при дневном свете. Впрочем, не слишком-то и хотелось. Бар, залитый светом неоновых огней, казался более загадочным.

И посетители тоже выглядели лучше. Из-за этого здесь порой случались неприятности.

После нескольких шагов подошвы стали прилипать к полу – вероятно, ощутили восхитительный вкус пролитого здесь лет тридцать так назад виски.

— Что сегодня пьем? Темное или светлое? – поинтересовалась Тедди, когда мы с ней направились в мой уголок с неоновым ковбоем.

— Светлое, – ответила я, что в рамках этого бара означало водку или текилу.

И я ничуть не сомневалась, что подруга выберет второе.

— Значит, текилу, – вторя моим мыслям, произнесла она. Да здравствует постоянство.

Ничто не сравнится с ощущением близости, которое можно ощутить только рядом с любимыми людьми. А я безумно любила Тедди.

— Просто сиди здесь, вся такая загадочная и сексуальная, а я принесу нам по рюмочке, – прокричала Тедди, стараясь заглушить музыку.

— Мне текилу и содовую, – уточнила я, зная, что в противном случае она притащит нам по две порции алкоголя. – Сперва нужно втянуться.

— Ладно, текилу с содовой. – Тедди закатила глаза и двинулась к барной стойке. – Для начала.

— С двойным лаймом, пожалуйста! – крикнула я ей вслед.

Не оборачиваясь, Тедди махнула рукой, давая понять, что услышала.

Я сняла джинсовую куртку и повесила ее на спинку стула, потом села и огляделась по сторонам.

И тут же узнала нескольких завсегдатаев бара. Джордж, Фред, Эдгар и Харви приходили сюда каждый вечер чуть ли не с начала времен. Раньше их группка состояла из пяти человек, но Джимми Брукс скончался несколько лет назад. Никто и никогда не занимал их места у дальнего конца барной стойки, даже стул Джимми до сих пор пустовал. Интересно, хватит ли у кого-нибудь смелости или глупости там сесть? Даже в преклонных годах эти дружбаны пугали всех до дрожи в коленях.