Книга Развод с горьким привкусом кофе, страница 2 – Сусанна Ткаченко

— И вообще его сообщение тебя никак не касается, — добавляет он уже раздражённо.

Но я почему-то ему не верю. Сама себе боюсь признаться, но в последнее время я замечаю, как мой муж изменился. Не внешне — он всё такой же подтянутый красавец с густыми тёмными волосами и лёгкой сединой у висков, которая только добавляет ему шарма. Но внутри…

Мы познакомились, когда искали помещение под кофейню. Мне было двадцать два, я только что получила приличное наследство от деда по отцовской линии и горела желанием стать успешной бизнес-леди. А Даня… Дане было на три года больше, и он уже владел одной небольшой кофейней. Искал место для второй.

Наш спор из-за идеального помещения в центре города длился почти месяц. Мы встречались у этого здания по несколько раз в неделю — то я приходила с риелтором, то он появлялся с подрядчиками. А потом… Потом он пригласил меня на кофе в свою кофейню, и через три часа разговора я поняла, что влюблена.

Через полгода мы поженились. Ещё через полтора у нас родилась Алина.

Я отошла от дел, полностью погрузившись в материнство. Ненадолго — говорила я себе тогда. Но это «ненадолго» растянулось до окончания Алиной школы. Сейчас моя дочь оканчивает первый курс университета, а я вернулась в бизнес чуть меньше года назад.

И… не могу сказать, что на работе мне всё нравится. Я будто стала чужой в собственном деле. Сотрудники смотрят на меня с недоумением, когда я предлагаю изменения. А вчера, когда я предложила обновить дизайн меню, случайно услышала, как новый менеджер буркнул: «Что сделать, чтобы она унялась уже?»

Но самое страшное — это взгляд Данилы. Тот самый — холодный, раздражённый. Как будто я не его жена, с которой он прожил двадцать лет, а назойливая муха, мешающая его комфорту.

— А может, тогда покажешь мне всю переписку целиком? — прошу я с вызовом в голосе, крепче сжимая его телефон.

Лицо Данилы мрачнеет. Его глаза становятся холодными, как январский лёд.

— Рита, ты сейчас меня сильно обидела своим недоверием, — цедит он сквозь зубы, делает ко мне широкий шаг и вырывает свой гаджет из моих рук. — Добирайся на работу сама. Я тебя ждать не буду!

Больно! Автоматически сую палец в рот. Кажется, он мне ноготь сломал!

Но Данила резко разворачивается и исчезает в прихожей. Через секунду дверь хлопает так, что я вздрагиваю.

Всеми своими действиями муж пытается навязать мне чувство вины. Однако я не спешу раскаиваться. Я не психичка и не истеричка. Если у меня появились мысли о том, что Данила что-то от меня скрывает, значит это не на ровном месте.

Достаю из кармана телефон и набираю старшего брата. У него есть один друг… Тот самый, о котором я двадцать лет даже слышать не хотела. Но сейчас…

— Алё? — хриплый голос Артёма звучит сонно.

— Привет. Мне нужен Князев, — выдыхаю я, чувствуя, как дрожат мои пальцы.

На другом конце провода — долгая пауза. Потом тихий свист.

— Серьёзно? Двадцать лет запрещала даже его имя произносить, а теперь…

— Теперь мне нужна его помощь, — перебиваю я. — Отчаянные времена, Тём, требуют отчаянных мер.

Ещё одна пауза. Потом:

— Ладно. Он сейчас в городе. Жди звонка. Но сначала мне расскажи, что у тебя случилось. Кого надо убить?

Артёму ничего толком не рассказываю, отделываюсь фразой, что на болтовню с ним времени нет, но конкуренты что-то задумали, и я хочу выяснить что именно. А то ведь я брата знаю — он с Данилы шкуру спустит. Но на работу не спешу. Собираюсь не торопясь. Жду звонка, а заодно вспоминаю, почему двадцать пять лет избегала любых воспоминаний о Тимуре Князеве.