Книга Дьявольская любовь, страница 16 – Кейт Аддерли

На другой стороне трубки повисает неловкая тишина, и лишь где-то отдаленно доносится пронзительный писк младшей сестры.

— Как дела у Эмори? – Интересуюсь я, нарушая безмолвие вопросом.

— С тобой все в порядке?

— Да. Папа, как Эмори, мама, Алика?

Отец, будто бы не слышит меня, продолжая засыпать бесконечными вопросами о моей безопасности. Я в сотый раз повторяю, что все в порядке, и до его звонка я была в домашнем кинозале, спокойно смотрела фильм.

— Телефон держи при себе. Я усилю охрану. Не пугайся, если увидишь новых людей на территории. – Сухо пояснят папа.

Я не понимаю, что происходит и почему отец так взволнован. Знаю, что если начну задавать вопросы, в любом случае не услышу на них ответы.

Папа всегда так делает: не посвящает в семейные проблемы. Объясняет он это тем, что не хочет грузить меня лишней информацией. Раньше это касалось только моего комфорта и покоя, сейчас же речь идет напрямую о безопасности. Что-то новенькое.

Я решаю узнать все у матери.

— Мам, привет. У вас все хорошо?

— Да, детка. Все замечательно. Как ты? Не скучаешь? Может прилетишь к нам? Отец все устроит.

— Она никуда не поедет и останется дома. – Слышится грозный голос папы. – Катрина, ты меня слышишь?

— Да.

— Оставайся дома, Майкл за тобой присмотрит. Я запрещаю тебе покидать дом до нашего приезда!

Хоть у меня и не было планов на дни их отсутствия, сейчас это уже дело принципа! В конце концов мне было не пять лет и даже не пятнадцать, чтобы так помыкать мной!

— Кажется, кто-то забыл, сколько мне лет?! Напомню, – с расстановкой начинаю я, желая приструнить отца, – мне двадцать один. И, если на то пошло, то походу пора съезжать от вас!

Я вне себя от злобы. Папа частенько перебарщивает с опекой, прикрываясь своей ролью любящего отца. В моем представлении любовь выглядит иначе, нежели у папули. И, в первую очередь, это касается свободы. Каждому человеку она необходима в любом проявлении. Свобода выбора, действий, слова, творчества.

Я не собираюсь сидеть, сложа лапки, и наблюдать, как у меня отнимают свободу действий. В конце концов, что это вообще такое: «Я запрещаю тебе покидать дом до нашего приезда»?

— Если ты до сих пор злишься на то, что я посоветовал оставаться жить с нами, то не стоит. Все ради твоей безопасности.

Он не советовал. И сейчас с наглой уверенностью лжет. Глава семейства Хеймсон заявил мне прямо о том, что я должна жить с семьей до тех пор, пока у меня не появится подходящая кандидатура на роль мужа.

Порой мне вообще кажется, что я живу в Древней Руси, где родители выбирают своим детям вторую половинку, не думая об их чувствах. Отец жаждал династических браков. А потому не мог допустить, чтобы я натворила глупостей.

По его мнению, как только я съеду от него с матерью, то обязательно накосячу: влюблюсь ни в того, забеременею и хана всей великой династии Хеймсон.

Не желая слушать мои оправдания, единственное, что произносит отец напоследок:

— Майкл присмотрит за тобой.

Я прихожу в бешенство! Мало того, что меня редко куда отпускают без личного водителя, так теперь еще и запирают на замок.

В последнее время занятость отца на работе мне на руку. Я спокойно катаюсь по своим делам одна, без охраны и водителя. Мама поддерживает меня больше отца. Но при этом никогда не идет против слова своего мужчины. Именно поэтому в противостоянии с папой у меня никогда нет защитников.