Книга Шрам, страница 44 – Эмили Макинтайр

ТРИСТАН

Отвращение и вожделение смешиваются и извергаются, разливаясь по организму летучим ядом.

Отныне именно так я воспринимаю свою маленькую лань.

Она – яд.

При каждой нашей встрече мне хотелось поднажать на нее, чтобы она наконец раскололась, потеряв то наигранное самообладание, с помощью которого дурачит весь мир. И в итоге у меня получилось.

Она жаждет короны.

Но, к несчастью, на стороне моего брата девица ее не получит. Единственное, что она себе обеспечила, – это смерть.

И тем не менее я признаю, что за раздражением и неловкими ситуациями, в которые я попадаю в ее обществе, таится растущее уважение. Меня восхищает, с какой легкостью она вживается в роль, и именно поэтому я сделаю все от меня зависящее, чтобы ее исполнение быстро закончилось.

Она – коварная искусительница. И не такая уж невинная, за какую себя выдает.

Стиснув зубы, я мчусь из собора в главное фойе. Пальцы скользят по деревянным перилам большой парадной лестницы, которая расположена под сверкающей хрустальной люстрой и расходится в противоположные крылья замка. Сапоги цокают по сверкающей кафельной плитке, пока я поднимаюсь по левой лестнице к личным покоям. Вдоль богато украшенных стен висят огромные портреты, с которых на меня смотрят многовековые представители королевской семьи. Они оценивают меня сквозь краски, как будто им так же противно, как и мне, видеть, что эта женщина крутит мной и отвлекает внимание.

Я прохожу мимо стражника и нескольких служанок, но они не смотрят в мою сторону: им прекрасно известно, что меня лучше не трогать. За исключением леди Битро, меня сторонятся все. И пока что я не решил, в чем кроется причина: то ли ее привлекает моя сила и она не может сдержаться, то ли она просто глупа.

Поднявшись в свои покои, я распахиваю дверь и с такой же силой захлопываю – отзвук удара гулко отдается в ушах. Я прохожу к столу под большим эркерным окном и хватаю стеклянный контейнер, расположенный в центре. Сажусь, открываю банку, достаю рисовую бумагу и несколько порций курительной смеси. Живот сводит от напряжения, член умоляет о разрядке, но я не стану сдаваться.

Не хочу усугублять ситуацию своими фантазиями.

Я сосредоточенно скручиваю края бумаги, надеясь, что курение поможет справиться с остатками чувств, будоражащих все тело. Подношу самокрутку к губам, беру спичку и чиркаю о коробок, пока не слышу шипение огня. С первой затяжкой дым вихрем проносится по горлу и попадает в легкие, снимая напряжение в животе.

Пока жар огня облизывает мне пальцы, в голове проносится образ маленькой лани, раскинувшейся на столе, такой покорной и податливой, с пламенем, ласкающим ее кожу. Я начинаю постанывать, яйца напрягаются, член становится твердым.

Я опускаю руку на колени, обхватываю член через ткань брюк, но вместо того, чтобы успокоить его, начинаю двигать рукой вверх-вниз, вспоминая красивые розовые губы Сары и представляя, как потрясающе они будут смотреться вокруг моего ствола, пока я буду перекрывать ей кислород, проталкивая его в горло.

Зажав в зубах конец сигареты, я раздвигаю ноги и расстегиваю брюки. Пресс напрягается от желания трахнуть ее за дерзость и наглядно показать, что такое сила и как она ощущается изнутри.

Ее задница раскраснеется от шлепков, но я не успокоюсь, пока не выбью извинения из ее маленького лживого рта.