Книга На крючке, страница 114 – Эмили Макинтайр

— Иди к черту, Крюк, – один из них плюет мне под ноги.

Я поднимаю голову к потолку, усмехаясь.

— Эй, не нужно хамить, – вынув нож из кармана, я начинаю вертеть в руках лезвие, а потом киваю близнецам, которые тотчас направляются к дальней стене и достают три ведра. – Обычно мне нравятся такие игры, но, видите ли, я немного встревожен: кто-то пытается испортить мне настроение. И я слышал, что вы, джентльмены, знаете, кто это.

Ведра с лязгом опускаются на пол с двух сторон от мужчин.

Я подхожу, приседаю на корточки перед тем подонком, который плюнул мне под ноги. Меня охватывает гнев, искажая черты лица.

— Близнецы, – зову я с широкой улыбкой, не отрывая взгляда от стоящего передо мной мужчины, – не могли бы вы привести наших гостей?

— Будет сделано, босс.

Появляется четвертое ведро, из которого доносятся царапающие звуки и скрип.

— Вы это слышите? Кажется, они нервничают, – запустив руку в ведро, я достаю оттуда маленького пушистого зверька. Его хвост бьется о рукав моего костюма. Я подношу его к лицу и заглядываю в маленькие глазки-бусинки. – Видимо, они очень голодны. В конце концов, крысы всегда знают, когда они оказываются на грани смерти.

Я помещаю первого грызуна в ведро рядом с мужчиной, затем беру еще одного из корзины и повторяю процесс, пока там не набирается полдюжины крыс, скребущихся по стенкам и норовящих сбежать.

Тут появляются близнецы, протягивают мне длинную зажигалку, после чего направляются к ведру и переворачивают его так, чтобы оно оказалось на животе у мужчины. Они приседают, упираются предплечьями в бортик, чтобы ведро оставалось на месте.

Мужчина извивается, наверняка чувствуя, как крысы мечутся по его коже.

— А теперь, – продолжаю я, – я спрошу вежливо. Кто вам сделал эту татуировку?

Тело мужчины дергается, изо рта вырываются жалкие всхлипы, но он по-прежнему молчит.

— Как хорошо. Конечно, мне бы хотелось, чтобы ты проявил такую преданность по отношению ко мне, но я все равно уважаю твое решение, – я щелкаю зажигалкой. – Ты знаешь, что будет, если морить крысу голодом? Обычно им не нужно много еды. Но если их долго не кормить, они становятся довольно прожорливыми.

Вскоре после того, как пламя коснулось дна ведра, нагревая его изнутри, в подвале раздается первый пронзительный крик. Я повышаю голос, чтобы перекричать шум.

— А если добавить немного тепла, они становятся неуправляемыми в своем стремлении вырваться, – я усмехаюсь. – Видишь ли, они очень живучие – ты сейчас сам убедишься. Ради спасения они готовы грызть плоть… и кишки… и кости.

— Хватит! – вопит он. – Пожалуйста! Господи! Это была ж-женщина!

Я продолжаю разжигать пламя, жажда крови одолевает мой мозг, пока в уголках глаз не появляются красные пятна, а в крови не начинает пульсировать месть, направленная на каждого, кто осмелился пойти против меня.

— Тупица ты, я и без тебя знаю, что это была женщина. Расскажи мне что-нибудь полезное, пока они не сожрали тебя целиком.

Только уже слишком поздно: он закатывает глаза и теряет сознание, пока крысы пируют на его животе.

Вздохнув, я убираю пламя и смотрю на двух других прикованных идиотов.

— Кто следующий? – я улыбаюсь, вертя зажигалку между пальцами.

— Женщина, – рявкает один из них. – Она работала в баре.

— В каком баре? – ошарашенный, я прекращаю игру с зажигалкой.