Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 101 – Юлия Славачевская

Последнее было понятно лишь по смыслу.

— Похоже мы чего–то там сильно нарушаем, — сделала я обоснованный вывод, испытывая непреодолимое желание постучать пареньку по спине… голове… заднице. Даже если для этого придется настучать по кумполу всем пятнадцати защитникам.

— Похоже, мы им очень нужны, — тихо сказал мне на ухо муж и пошел вперед. Громко: — Мы принимаем приглашение.

— ТЫ нужен, — поправила я его, не понижая голоса. Муж не стал пререкаться.

С ужимками и в кольце охраны над довели до скудно обставленного помещения, видимо, исполнявшего роль столовой. Мебели было мало и она была функциональной. Ну если не считать за мебель седовласого в расшитом золотом темно–зеленом кафтане поверх стандартного черного комбинезона. Лисомордый стоял лицом к окну, заложив руки за спину. Сочетание вытертого темно–зеленого бархата и потускневшей позолоты со стандартным армейским хамелеоном смотрелось дико. Может, какая–то ритуальная парадная одежда?

Посреди комнаты находился громадный стол со всевозможными яствами, какие только можно достать в ограниченных условиях колонии.

В левом углу от входа стоял средних размеров овальный стол с установленным коннектором и сенсорным проектором 3–D. Старье, конечно, несусветное, но я и такому была рада. На нем в начальной позиции стояли фигуры игры наподобие шахмат, только киртианского образца. Занг пытался когда–то меня ей обучить, но мне было сложновато перестроиться. Это только так говорится — «наподобие шахмат», на самом деле она сложнее на порядок, потому что объемна.

Впрочем, мне лавры великого стратега ни к чему, я в играх люблю пострелять или построить. Ну еще в квесты могу поиграться. Многоходовые военные стратегии — не мое это. Не мое. Я как–то больше полагаюсь на авось и беру нахрапом.

— Элли, сейчас мы со Старейшиной будем играть, — шепнул мне на ухо муж. — Это традиция, своего рода разведка: достоин ли гость дальнейшего общения и как его оценивать — как высшего, низшего или равного. Не удивляйся и не нервничай, потом все поймешь.

— Добрый вечер, — проявила я дружелюбие, чуть ли не потирая руки при виде обильно накрытого стола и сглатывая набежавшую слюну.

— Тебе туда, — не поворачиваясь к нам, сказал предводитель, показывая на маленький столик с одинокой пустой тарелкой и таким же пустым граненым стаканом. — Там ты не будешь мешать беседе двух мужчин! — А к Ингвару: — Садитесь, ваше высочество, в ногах правды нет.

Гм, не поняла. По идее, муж — некоронованное величество. Тогда зачем этот старый дятел противоречит сам себе? Ладно, на этот раз промолчу.

И парочка натуральных самоубийц схватила меня за предплечья, чтобы отбазировать к новому месту ссылки. Одного отправила в нокаут я. Второму повезло, и его легонько стукнул в висок Ингвар. В конечном итоге на пол в художественном беспорядке улеглись оба.

— Мы напарники! — прорычал То–от, отбросив невозмутимость. — И никому не позволено обращаться неуважительно с моей напарницей. Это космический кодекс!

— Это хорошо, что у тебя есть честь, сын Тотоша, — повернулся к нам наконец лисомордый. Он повел рукой, изгоняя толпу запыхавшихся охранников, которые ввалились, чтобы навести порядок. — И плохо, что ты не видишь своей дороги, отказывающийся от родства. — Властно кивнул охране: — Заберите с собой пострадавших, здесь я сам разберусь.