Онлайн книга «Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…»
|
— Что за общежитие со свободным доступом! И какого черта, — начала я заводиться, когда обнаружилось, что кроме мужа, меня, шамана и герцога в помещении больше никого нет, — отсутствует охрана?!! — Масяня! — заверил меня шаман, махая ножиком, как саблей. — Ту–ту–ту–у–у–у! — Нет, — сразу отказалась я от такого заманчивого предложения. — Все же герцог, да еще глава рода. Я лучше ему выскажу свое порицание… — Ваше величество, — прокряхтел с пола Рибос, — вы мне и так уже нос разбили! — Так это ваш вклад в Империю, — пожала я плечами, не испытывая какого–то особого чувства вины. — Считайте это профилактикой вашего рода. И что же вас, любезный, занесло в нашу супружескую кровать? Из своей выгнали? Переночевать было негде? — Я выполнял свой долг, — надулся первый красавец Империи, уклоняясь от лезвия шамана, который так и норовил пошинковать врага, как редиску. — Мой долг выявлять все скрытые желания Императорской семьи! А вы мне не даете это сделать! — Желания, значит? — прищурилась я на него. — У меня в нижнем белье? А к Императору в трусы тоже бы полезли, если бы я на дороге не лежала? — Если нужно для дела! — было вскинулся герцог и чуть не стал полугерцогом. Я вовремя стащила Серирбоша и посадила в стороне. Питомец обиженно засопел, погрозил Рибосу ножиком и полез под кровать. — Но удовольствия бы мне это не доставило! — Ладно, — кивнула я, протягивая ему руку, — давайте так. Вы сейчас считаете мои скрытые желания, выполните свой долг и отставите нас в покое! Договорились? — Спасибо! — счастливо сцапал меня за руку герцог и… побледнел. Потом еще сильнее побледнел, потом стал белым, как мел, потом, как бумага… Попытался отобрать у меня руку. Я довольно хмыкнула и переключила ход мыслей. Рибос стал наливаться краской. Резко перешел стадию от розовой стыдливости до пунцового отвращения. Он начал бешено выкручиваться, освобождая руку. Я неволить не стала — отпустила с миром. И без того у мужика стресс на почве увиденного. И это он еще все это вслух не пересказал. — Ну, — приподняла я бровь, — когда вы озвучите мои скрытые желания? И, главное, когда вы начнете претворять их в жизнь? — Наклонилась, обулась и стала преспокойно зашнуровывать ботинки. Они у меня с толстой подошвой и с подбитыми железом носками, так что всем, кто против нас, сильно не поздоровится. — Ик! — вырвалось у красавца со вздыбленными волосами. Он стыдливо прикрыл рот и снова: — Ик! — Идите уже, — не стала мучить его я. В ответном «ике» слышалась горячая благодарность. Я проводила его глазами, задумчиво прикусила палец и сообщив мужу: — Скоро приду — не скучай и не ввязывайся в сомнительные мероприятия, — потопала на выход, намереваясь разобраться с внезапным исчезновением охраны. Когда я попала в абсолютно пустой коридор, то мне стало как–то не по себе. То есть меня с мужем оставили в полном одиночестве на произвол судьбы? Ну, кто–то за этот произвол схлопочет по этой самой судьбе! Я уже было намеревалась вернуться к Ингвару, как из–за угла вывернули Страшилин с Гингемом. — Мужики, — обрадовалась я им прямо как родным, — вы бы тут не покараулили? Пока я пойду разомнусь слегка. — А где охрана? — изумился дядя, оглядываясь вокруг. — Почему нет ни одного охранника? — Вот как раз это я и выясню, — заверила я его, удаляясь под яростное шипение Гингема в переговорное устройство. Мужик в срочном порядке вызывал свои войска, прямо с бронетехникой. Надеюсь они не будут ее хранить в моей спальне? |