Книга Ничуть не влюблены, страница 81 – Шарлотта У. Фарнсуорт

— Это определенно сюрприз. Для всех нас.

— Для меня тоже.

— Ты не ждала его сегодня?

— Нет. Точно нет, – быстро отвечаю я.

— Лэндон будет… – Хью вздыхает. – Он и Конор – вот о чем я сожалею больше всего. Помимо моих с ним отношений. Мне мерзко оттого, что мои мальчики стали врагами, а не братьями.

— Я познакомилась с Анной.

Не уверена, почему я это ляпнула, но все же ляпнула.

Хью резко переводит на меня взгляд.

— Правда?

Я киваю:

— Она приезжала на матч перед каникулами. Конор говорил о какой-то… более недавней истории. Между вами с ней.

Он отворачивается и смотрит в камин.

— Я совершил много ошибок, Харлоу. Много ошибок, причинивших боль многим людям. Никто не идеален, но я от идеала чертовски далек, это верно.

— Хью, я не осуждаю.

— Эллисон знает обо всем, что случилось. Лэндон… нет.

Я киваю: так и думала.

— Лэндон презирает Конора за то, как он обошелся с тобой. И обходится.

— Я знаю.

— Я не говорю, что Конор поступил правильно. Но… У него были причины сорваться. Лэндон об этом не знает.

— Ты права, – тихо говорит Хью.

В камине трещит полено.

— Какой он?

— Конор?

Хью кивает. Меня спрашивают об этом второй раз за двадцать минут. С Конором я говорила гораздо дольше, и он не задал ни единого вопроса о Хью или Лэндоне. Я знаю, Лэндон надеется на то, что моя связь с Конором – это временно. А Хью? По его лицу видно, что он хочет знать о Коноре все.

— Он популярен. У него куча друзей. Всегда окружен людьми. – Исключаю то, что почти всегда это девушки. – Хорошо играет в хоккей. Очень хорошо.

— Никогда не видел, как он играет, – признается Хью.

— Почему?

Он удивленно смотрит на меня.

— Я просто никогда… Я думал… Конор ясно дал понять, что не хочет моего участия в своей жизни.

— Может, не он должен принимать такое решение? – предполагаю я. У Хью расширяются глаза. Я быстро меняю тему. – Он умен. Профильный предмет – английский.

— Английский? – поражается Хью.

— Да. Еще он честен. Не парится, чтобы подсластить пилюлю. – Хью издает сухой смешок, и я улыбаюсь. – Видимо, ты уже знаешь.

— А он… э-э-э… тебе интересен? – Хью ерзает, попав в неловкое положение: ему надо дать мне совет не просто по поводу какого-то парня, а своего сына.

— Нет. Мы просто по-дружески общаемся. Иногда вместе бегаем. Тусим.

— Ясно.

Ничего ему не ясно. Но я ни за что не выдам больше подробностей.

И то, что я не хочу этого делать, неудивительно.

А что удивительно? Я не хочу не потому, что я смущена, а потому, что я защищаю эти моменты. Защищаю Конора.

Жизнь наполнена минутами, которые могут изменить смысл твоей жизни на Земле. Я уже знаю, как быстро может поменяться цель твоей жизни. Или исчезнуть. Я не принимаю поспешных решений. Я все продумываю. Мои чувства к Конору Харту нерациональны. Они удивительны, сильны и всепоглощающи.

Мне нужно решить, позволю я им себя унести или буду бороться с течением.

— Эй, ты занята?

Лэндон распахивает приоткрытую дверь и заходит ко мне в комнату, не успеваю я ответить. Так поступают лучшие друзья. Нам всегда было друг с другом уютно, легко, непринужденно. Так уж бывает, когда знаешь кого-то всю свою жизнь. Беспечные дни раннего детства, неловкий подростковый период – и вот сейчас.

— Ого! – восклицает Лэндон, увидев меня в кресле.