Книга Неуловимая подача, страница 140 – Лиз Томфорд

Я и раньше видел Миллер расстроенной из-за работы, но в основном тогда, когда у нее возникали проблемы на кухне. Это выражение напряжения на ее лице, похоже, отличается от предыдущей версии. Я чувствую, как она старается дистанцироваться, хотя она стоит меньше чем в футе от меня, и это расстояние только увеличивается, когда она говорит:

— Я собираюсь немного поспать. Увидимся завтра.

И закрывает передо мной дверь.

Что, черт возьми, это был за телефонный звонок?

Миллер – веселая женщина. Необузданная. Она знает, как расслабиться, когда я слишком подавлен жизнью. И вот, час спустя, когда я лежу в темноте и вижу, что из-под нашей общей двери со стороны ее комнаты все еще пробивается свет, я достаю телефон, чтобы написать брату.

Я:Не спишь?

Исайя:Нет.

Я:Ты один или у тебя компания?

Это мой брат. Я должен спросить.

Исайя:Один. Я меняю свои привычки, помнишь?

Я:Конечно. Ты не мог бы зайти и побыть часок-другой с Максом? Он уже спит, а мне нужно забрать Миллер из ее комнаты.

Исайя:Звучит странно. Монти знает, что ты увозишь его дочь из отеля прямо у него из-под носа?

Я:Пожалуйста, заткнись. Ты придешь или нет?

Исайя:Боже. У тебя сорок восемь часов не было секса, и ты снова ворчишь. Да, я приду.

Дверь между нашими комнатами не заперта. Мы не запираем ее уже несколько недель, поэтому я открываю ее и обнаруживаю что Миллер не спит. Она сидит за столом с открытым ноутбуком и блокнотом, исчерканным беспорядочными каракулями. Одну ногу она поставила на стул и положила подбородок на колено, волосы цвета эспрессо собраны в узел, на лицо падает свет от компьютера. Она сидит так близко, словно надеется, что информация, отображаемая на экране, волшебным образом попадет в ее мозг, и даже с порога я могу сказать, что она переживает из-за рецептов.

— Миллс, надень купальник. Ты идешь со мной.

Она резко оборачивается.

— Почему это?

— Потому что мне нужно расслабить плечо в бассейне.

— Но… – Она указывает на свой компьютер.

— Тебе не обязательно надевать купальник, но ты пойдешь со мной. На самом деле я все равно предпочитаю, чтобы ты была голой.

Она хихикает, закатывая глаза, и закрывает свой компьютер.

— Хорошо.

Как только Исайя устраивается в моей комнате, мы с Миллер отправляемся к бассейну. Я думал, что он будет крытым, поскольку зимой Бостон замерзает, но он находится снаружи, на крыше.

На ней снова тот самый купальник цвета лесной зелени, и теперь, зная, что под ним, я отказываюсь скрывать свой восторженный взгляд, когда она бросает полотенце на стул и идет к воде. Ее бедра покачиваются, полные ноги при каждом шаге трутся друг о друга, от одного только вида загорелой и покрытой татуировками кожи просто слюнки текут.

— Именно поэтому мне нужно было, чтобы ты пошла со мной. Именно такую мотивацию я и искал.

— Так ты привел меня сюда, чтобы я стала объектом твоего внимания? – спрашивает она, опускаясь в воду.

— Да… очевидно.

Я следую за ней, пытаясь справиться с растущей эрекцией в плавках, но, черт возьми, это ни за что не получится, когда я нахожусь так близко к ее почти обнаженному телу, теперь, когда я знаю, каково это – быть внутри нее.

На улице темно, и бассейн закрыт, но взлом и проникновение в бассейн отеля для нас обоих не в новинку.

Миллер остается на мелководье, где она может стоять, а я делаю пару неторопливых кругов, давая ей время собраться с мыслями. Я все равно собираюсь подплыть к ней через минуту.