Книга Назову себя шпионом, страница 17 – Евгений Таганов

— Какой-то он совсем сявый, — сказала Ева, глядя в окно. — Сборище малолеток.

Копылов ухмыльнулся — понравилось, что его тоже причислили к малолеткам:

— Мне кажется, его просто втемную используют: «отвези другу сумку и получишь сто баксов».

Тут же, не отходя от кассы, Алекс в блокноте набросал портрет Севы. Ева еще раз прошествовала в дамскую комнату, чтобы сообщить по сотовому о расширенном составе. После чего они вышли из кафе. Попутчик вопросительно смотрел на Девушку Бонда.

— Надеюсь, финская виза у тебя имеется? — поджав губы, бросила она.

— Обижаете, фройлен, — весело осклабился Сева, с готовностью закидывая свои сидорки в багажник и залезая на заднее сиденье.

Он сразу же подробно принялся рассказывать, что едет в Хельсинки за машиной, что это не первая у него такая поездка, и как у него там все схвачено, и сколько можно поднять денег с этого гешефта. Ева молчала, Алекс тоже почти не реагировал, но Севу это нимало не смущало, он продолжал хвастать своей удачливостью и искушенностью в автомобильных вопросах, даже делал какие-то мелкие замечания об их Катафалке.

Сначала Алекс пытался за таким поведением рассмотреть какой-либо тайный умысел, потом начал тихо злиться — уж слишком все это не походило на что-то серьезное. Немного отвел душу, когда Сева полез за сигаретой и зажигалкой.

— Курить нельзя!

— Уважаю, — легко согласился кудрявый, пряча пачку.

Через час они были уже на границе. Там пришлось всем троим топать к пограничному контролю и предъявлять свои паспорта с визами. Для большей надежности Ева сама скрытой камерой щелкнула их спутника.

Таможенный досмотр прошел без особого пристрастия, все три дорожных сумки и два пластиковых пакета заставили пропустить через сканер — и только.

На финской границе не было и этого. Там лишь попросили прямо в багажнике открыть одну из сумок и поинтересовались целью поездки.

В двухстах метрах от пропускного пункта находилась стоянка автобуса. Там Сева попросил его высадить и спросил Алекса, когда они думают возвращаться — вдруг получится вместе ехать. Про долларовую сороковку он также не забыл, хотя отдавал ее после напоминания с видимой неохотой.

Дорога на Хельсинки, куда уже укатил автобус с Севой, находилась слева, на Саймаа справа. Через километр Ева знаками попросила остановиться и выйти из машины. Они прошли вперед метров тридцать.

— Как бы этот гусь не оставил в салоне жучка, — объяснила она. — Думаю, на твоей даче situation не лучше, поэтому давай на письменный режим. Стенографией владеешь?

— Была твердая пятерка, — усмехнулся он.

Она вытащила из сумочки записную книжицу с ручкой и нарисовала каракули.

— «Хвасто… хвастливый мальчишка», — не без труда прочитал он и ответил своими иероглифами:

— «Любовь до гроба», — расшифровала она, одобрительно хмыкнула и позвонила по мобильнику. В трубку лишь слегка кашлянула, но отзыв получила более развернутый. Написала ему в своей книжице: «В его сумке подозрительным был лишь термос».

Ага, понял Алекс, что в термосе, — осталось под вопросом. Это немного успокаивало, значит, он действительно сделал что-то нужное матрасникам. Тот страх, который он испытывал перед поездкой, как-то разом прошел, он снова был легкомысленным фабзайцем, который всему окружающему бодро говорит: «Здравствуй» и готов действовать по ситуации.