Книга Назову себя шпионом, страница 32 – Евгений Таганов

— Я на вид парень добрый и улыбчивый. Более того, я чаще люблю говорить «да», чем «нет». Но при этом я все же настоящая акула бизнеса, поэтому потом прошу вас всех не говорить, как я здорово притворялся хорошим парнем. Для меня самое главное — сделать из этой конторы что-то доходное, ни до чего другого мне дела нет. Будете помогать — хорошо, не будете помогать — буду сильно плакать.

— А за помощь отдельные бонусы полагаются? — поинтересовался один из сторожей, студент-заочник Илья.

— А какая отдельная помощь от нас может быть? — вторил ему шестидесятилетний Леонидыч, для которого ночевки в «Биреме» служили отдушиной от сварливой жены.

— Главная от вас помощь — это ваш позитив.

— Как это? — не поняла буфетчица Алла, возрастная пышечка с цепким взглядом.

— Матерные анекдоты рассказывать, неужели не понятно, — разъяснил студент.

— А как к вам обращаться? — задала вопрос Люсьен, та самая горничная, что ухмылялась в первый день.

— На «вы» и по имени Алекс. И еще одна личная просьба: в гостинице не курить.

— Как это? А где же тогда курить? — насторожился Леонидыч.

— У черного хода или на лестничной площадке наверху у открытого окна, — невозмутимо распорядился Копылов. Чтобы сгладить впечатление от своего каприза, он передал менеджеру Софье Степановне шестьсот долларов, чтобы она каждому выдала по «франклину» этакого хозяйского магарыча. Народ сей жест, может, внутренне и покоробил, но внешне весьма приободрил.

— А вот и первый бонус! — обрадовался студент.

Ева, слушавшая его речь из коридора, чуть позже наедине не скрывала удивления:

— Где ты только всему этому научился?!

— Вы с Циммером и научили. — Иногда Алексу было приятно выдавать себя примерным учеником.

Дополнительные очки ему принес визит в «Бирему» клерка из английского консульства, проверить, все ли готово к учительскому десанту. Беглый разговор Алекса с ним на английском поднял рейтинг новоиспеченного отельера для персонала сразу на две-три ступеньки. Сам же клерк излучал редкую невозмутимость, видимо, уже успев привыкнуть, что здесь в России возможно абсолютно все: юные миллионеры, безумные проекты, быстрые разорения. Осмотрев номера и оставшись ими довольным, он сделал лишь одно замечание:

— Где секьюрити?

— Я уже провел собеседование, через два дня будут, — на ходу придумал Копылов, прикидывая, пришлет ли Инкубатор своих шпионских людей, или ему придется их нанимать через обычное охранное агентство.

Какое это было странное чувство — просыпаться в Палате № 7, как называл его отельерский номер Циммер, прислушиваться к застенным звукам, включать телевизор с новостями, заваривать в чашке чай и выстраивать в голове цепочку необходимых дел, зная, что что-то обязательно будет в этот день новым и неожиданным. Евы рядом не было, она обычно уходила от него в полночь, заставляя персонал «Биремы» ломать головы над непонятностью их отношений.

В 9 утра был выход господина отельера из номера, намеренно неспешный и упреждающий свое появление какой-либо задержкой в дверях (выключить телевизор или взять забытые ключи) — надо было дать подчиненным изготовиться лицезреть высокое начальство. Затем дружеские приветствия, вопрос о ночных происшествиях, полный завтрак и какое-нибудь легкое вмешательство в «монастырский устав»: