Книга За спиной войны, страница 20 – Александр Тамоников

— Товарищ полковник!.. — выкрикнул он и намеревался подойти к нему, но остановился на входе.

— Что случилось? — Титов отвернулся от Виктора и глянул на своего подопечного.

— Там… там… Мост взорвали…

— Какой мост?! — полковник поднялся из-за стола и вмиг изменился в лице. — Ты что вообще городишь! Степка! Какой мост взорвали?! Кто?

Мощный взрыв на мосту, который только-только начали восстанавливать между улицами Большой Советской и Беляева, прогремел в 10 часов утра. Деревянные каркасы и балки, по которым можно было пройти пешком (хотя и не каждый решался), моментально ушли под воду, унося с собой жизни десятков человек, в это время бывших на мосту. Когда Крылов вместе с полковником Титовым прибыли на место, всюду стоял шум — женщины кричали, мужчины на одних телегах доставали из воды мертвые тела, которые еще можно было достать, а на других в госпиталь увозили раненых и тех, кого практически сразу достали из воды еще живыми.

На другом берегу Крылов заметил очень много смолян, пытавшихся хоть чем-то помочь — кто-то спускал лодку, чтобы вытащить из воды оставшихся. Кто-то сетовал на берегу по поводу случившегося. Титов, который выскочил из отделения вместе со Степкой и еще парой человек, одним из которых оказался водитель служебного автомобиля, ходил кругами и держался за голову, поговаривая:

— И что делать… что же делать… и кто же мог… и что же…

По всей видимости, о такой диверсии он и подумать не мог, а потому подрыв моста и человеческие жертвы, которые для военного времени были делом привычным, а для освобожденного Смоленска — настоящей трагедией, сильно впечатлили полковника.

Виктор подошел к нему и сначала со стороны пару минут наблюдал за его хождением по кругу, а после, когда понял, что это в ближайшее время не прекратится без влияния извне, решил обратиться к начальнику главного отделения милиции Смоленска.

— Товарищ полковник, — он сделал шаг навстречу Титову, и тот, услышав, что его зовут, остановился. Крылов сделал еще один шаг и сказал уже тише: — Что думаете по этому поводу?

— А что тут можно думать, товарищ! — воскликнул Титов. — Товарищ!.. Крылов! Ведь это же беда! Самая настоящая беда, катастрофа!

— Диверсия, — поправил Крылов.

— Диверсия! — вскрикнул полковник. — Ведь это же… Это же! Невозможно!

Крылов достал из кармана брюк портсигар. Да, сейчас он был одет в гражданское: брюки и самую обычную рубашку, но не мог расстаться со своей привычкой курить. Закурив, он задумчиво посмотрел на реку и противоположный берег Днепра.

— Значит, такого раньше не было? — он не отвел взгляда от точки, на которую смотрел, но обращался при этом к Титову.

Полковник, возмущающийся и ходящий кругами по берегу, принял этот вопрос на свой счет. Со стороны, конечно же, никто не понимал, почему начальник отделения милиции отвечает на вопросы обычного гражданского человека — ведь сейчас он сам не знал, что и делать. Впрочем, об этом не догадывались ни его подчиненные, ни городские граждане, стоявшие рядом и с ужасом смотрящие на то, что произошло.

— Конечно, не было! — воскликнул Титов. — Чтоб при мне и такое! Да это впервые! И что я скажу Москве?!

Крылов хмыкнул вместо ответа и отошел в сторону. К Титову же присоединились его сотрудники — все вместе они стали помогать раненым и организовывать спасательную операцию. Важно было не допустить паники — к тому же Титову, судя по всему, самому придется вести расследование и давать затем подробный отчет о том, кто взорвал мост.