Книга Отморозок 8, страница 148 – Андрей Поповский

— За городом. Трейлерный парк. Мы тут с Габриэлем можно сказать выросли. Es nuestro lugar secreto (Это наше тайное место). — Она повела рукой в сторону окна. — Место тихое, свои люди, чужие не суются. Мануэль сказал, тебя нельзя трясти, и везти далеко нельзя. Привезли сюда.

Я кивнул, пытаясь переварить информацию.

— Мануэль… Он меня заштопал?

— Ага. Сидел над тобой часа два. Ворчал, что ты идиот, и влетаешь второй раз за неполную неделю. Врач сказал, у тебя везучесть кошки, да… Но сделал все как надо. — Паулина, без спроса, приподняла край моей футболки и посмотрела на мою повязку на боку, и в ее взгляде мелькнуло что-то, чего я раньше не видел. Не игра, не провокация. Беспокойство. — Ты как вообще? ¿Te duele mucho? (Сильно болит?)

— Почти нет. — Я пошевелил рукой, проверяя бинты на предплечьях. — Руки немного саднят, но это ерунда. Бок — терпимо. Повезло.

— Повезло, — эхом отозвалась она. И вдруг, без перехода, зло и горячо зашептала: — ¡Pendejo! ¡Julio estúpido! (Придурок! Тупица Хулио!) Я бы сама его прирезала, если б ты не сумел. Он ведь специально, guerito (беленький), специально выбрал время, когда ты раненый, когда еле стоишь на ногах. Думал, что легкая добыча. А ты его… — Она замолчала, часто дыша. — Pero le demostraste, ¿eh? (Но ты ему показал, да?)

Я не знал, что на это ответить. Смерть Хулио для меня ушла куда-то далеко. Это просто факт. Он хотел убить меня, я убил его. Все честно.

— Моя сумка с вещами… — вдруг вспомнил я. — Где она?

Паулина непонимающе задумалась, а потом ее лицо просветлело. И она кивнула на шкаф.

— А, это… Карлос заметил твою сумку в грузовике, когда тебя грузили. Сказал, что ты бредил о сумке в кабине, когда без сознания был. Габриэль велел ее забрать. — Она вдруг наклонилась ближе, заглядывая мне в глаза. — Там, между прочим, стволы есть. Хорошие стволы. Y dinero, pesa bastante. (И денег, весит немало). Ты что, банк ограбил, пока мы не видели?

— Что-то вроде того, — уклончиво отвечаю ей.

Она фыркнула, но не обиделась.

— Ладно, не хочешь — не говори. Gaby dijo que te cuide y que no te muevas mucho. (Габи сказал, чтобы я за тобой присмотрела и чтоб ты не дергался). Твоя доля и документы — у него. Как встанешь на ноги — отдаст. А пока… — Она зевнула, прикрывая рот ладошкой, и снова посмотрела на меня уже совсем другим, усталым и теплым взглядом. — Tú, lo principal, vive, ¿entiendes? (Ты, главное, живи, понимаешь?) А то я не для того тут ночь просидела, чтоб ты взял и того… — Она не договорила, махнула рукой и откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза. — Así que descansa, ¿sí? (Так что отдыхай, ладно?)

— Спасибо, Паулина.

— Молчи уж. — Она улыбнулась, не открывая глаз. — Duérmete, guerito. Yo cuido. (Спи, беленький. Я присмотрю).

— Мне бы встать — пытаюсь подняться.

— ¿A dónde vas? (Ты куда?) — всполошилась Паулина.

— Отлить нужно, — просто поясняю ей.

— Давай я принесу бутылочку — улыбается она и хитро подмигивает. — ¿O prefieres que te acompañe? (Или предпочитаешь, чтобы я проводила? Могу даже помочь… подержать.

— Вот уж обойдусь, — решительно отказываюсь и встаю с дивана

Меня немного качнуло, но я удержался на ногах. Девушка с тревогой смотрит с дивана.

— Где здесь туалет? — интересуюсь у нее.

— Al fondo y a la derecha. — (До конца и направо). — Веселится и показывает мне язык Паулина, указывая рукой в сторону кухоньки. — Только не заблудись, ладно?