Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 367 – Дэн Симмонс

Бросив ветровку обратно на кровать, Курц вышел в главную комнату пентхауса, где его ждал ужин.

— Обычно мы подаем к ужину вино, но оно не слишком хорошо сочетается с теми таблетками, которые я дам тебе, когда ты поспишь, – сказала Анжелина, зажигая свечу.

— Посплю? – переспросил Курц, посмотрев на часы – единственную его вещь, помимо бумажника, которая осталась при нем.

— Перед тем как мы отправимся, тебе надо пару часов поспать, – пояснила она.

— Мы отправимся? – снова переспросил Курц. Было уговорено, что Фарино и Гонзага пошлют на ночную операцию по два человека, но он не слышал, чтобы Анжелина или другой дон обозначили, что отправятся туда сами.

Анжелина приподняла бровь, глядя на Курца. Передав ему стейк, она ответила:

— Вряд ли это приключение объединит нас с Тома, если мы оба откажемся участвовать в нем лично.

Они молча принялись за еду, сидя за столом из красного дерева рядом с камином, стоящим посреди комнаты. Пентхаус женщины-дона занимал весь верхний этаж «Марина Тауэрс» и был разделен на комнаты лишь небольшим числом стен, которые не могли полностью закрыть открывающийся из окон вид. Глянув над плечом Анжелины, Курц увидел огни судов, идущих по озеру Эри и устью реки Ниагара, а позади – зарево огней Буффало, разгоравшееся все ярче по мере того, как затихал моросящий дождь и расходились облака. К тому времени, как они покончили с десертом, слоеным пирогом с яблоками, сквозь редкие облака проступили серп восходящей луны и звезды.

Анжелина повела его в другой угол здания, выходящий на озеро, где оказался еще один камин, работающий на газе. Здесь стояли удобные кресла и широкий диван; место явно было приспособлено для ведения переговоров. Анжелина сбросила на застеленный толстым ковром пол диванные подушки, вытащила из шкафа подушку и два одеяла, положила одно из них на диван, а второе накинула на плечи.

— Сейчас начало девятого, – сказала она. – Тебе надо немного поспать.

— Я не… – начал Курц.

— Заткнись, Курц, – перебила его Анжелина. – Ты не представляешь, насколько ты сейчас долбаная развалина, – продолжила она уже мягче. – Возможно, этой ночью моя жизнь будет зависеть от тебя, а я не могу положиться на зомби.

Курц с сомнением посмотрел на диван.

— Я разбужу тебя заранее, – пообещала Анжелина Фарино Феррара. – А сейчас я намерена спуститься на лифте на этаж вниз и выяснить, кто из моих ребят пойдет со мной в эту полусумасшедшую ночную вылазку.

— А каков критерий отбора? – спросил Курц, глядя на усыпанный огнями длинный корабль, медленно двигавшийся на юго-запад, к выходу из озера.

— Умный, но не слишком. Способный убивать, когда это необходимо, и разобраться, когда этого не следует делать, – ответила Анжелина. – И главное, такой, кого не жаль потерять, – добавила она, уходя и делая жест в сторону дивана. – Иными словами, мне нужен еще один Джо Курц.

Когда она ушла, Курц с минуту думал над ее словами. Потом снял ботинки «Мефисто», поставил на часах будильник и прилег на минутку. Не следует спать, поскольку два часа сна лишь сделают его еще более усталым, но надо полежать хотя бы пару минут, чтобы пульсация боли в голове ослабла.

Курц проснулся от того, что Анжелина трясла его за плечо. Часы звонили, но он проспал. Он посмотрел на светящийся циферблат. Одиннадцать десять. Он никогда в жизни не чувствовал себя настолько слабым. Курц попытался сфокусировать взгляд на Анжелине, но она тоже оделась в черное, и в тусклом свете камина он смог разглядеть только ее светлое лицо.