Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 53 – Дэн Симмонс

О’Нил сделала еще одну пометку.

— Мне показалось, вы буквально из кожи вон лезли, чтобы попасть в кадр в толпе зевак, – сказала она.

Курц пожал плечами.

— А кто не хочет покрасоваться на телеэкране?

— На мой взгляд, мистер Курц, вы к таким не относитесь. По крайней мере, если у вас не имелось особых причин быть замеченным на месте происшествия.

Курц невозмутимо посмотрел ей в глаза, подумав: «Господи, как же я рад, что Хэтэуэй не настолько умен, как она».

О’Нил снова сверилась со своими записями.

— Ну хорошо, вернемся к вашему постоянному месту жительства. Вы уже устроились?

— Пока нет, – ответил Курц, – но я уже близок к тому, чтобы найти постоянное жилище.

— Каковы ваши планы?

— Со временем, – произнес Курц, – я обязательно переселюсь в один из больших жилых домов на берегу у Янгстауна, неподалеку от Форт-Ниагары.

О’Нил молча взглянула на часы.

— Ну а в ближайшем будущем, – продолжал Курц, – я надеюсь найти себе квартиру.

— Через неделю, – сказала О’Нил, кладя ручку и снимая очки, показывая этим, что разговор окончен. – Тогда я нанесу вам официальный визит.

«Щенки-ищейки из Алабамы» – еще когда их было пятеро, теперь в живых оставалось лишь четверо – получили свое прозвище из-за ошибочной подписи к фотографии, распространенной телеграфными агентствами в середине девяностых, когда один чиновник департамента исправительных учреждений Алабамы распорядился одеть всех заключенных в полосатую форму. Фотограф одной из алабамских газет отправился на государственную автостраду номер 84, где неподалеку от памятника долгоносику хлопковому^[10] трудилась на общественных работах группа заключенных в полосатой форме, и сфотографировал пятерых человек, выбранных вроде бы наугад.

На самом деле выбор оказался неслучайным. Старший группы изрядно повеселился, отобрав для съемки пятерых недалеких братьев, пятерых толстых неуклюжих парней, отбывавших трехлетний срок за архиглупую попытку ограбления универмага «Уол-Март» в Дотане. Тридцать пять покупателей, имеющих законное право на ношение огнестрельного оружия, в том числе семидесятичетырехлетний управляющий универмагом, вооруженный «Кольтом», уложили парней на пол, ранив четверых из них, после чего все братья отправились в тюрьму штата Бэбби. Парней знали как братьев Бигел – Уоррена, Даррена, Дугласа, Эндрю и Оливера, – но опечатка в подписи к фотографии из газеты «Дотан джорнел» («Бигл» вместо «Бигел») перешла в агентство ЮПИ, и комическая пятерка в полосатых робах навсегда получила прозвище «Щенки-ищейки из Алабамы»^[11].

Через полгода после того, как был сделан знаменитый снимок, четверым удалось бежать – Оливер, младший, прополз обратно под колючей проволокой, вернувшись за своим раком-питомцем, и получил двадцать четыре пули от охранников. После того как «Щенки-ищейки» ускользнули от самой крупной охоты за людьми в истории Южной Алабамы, они первым делом наведались в загородный дом начальника департамента исправительных учреждений неподалеку от Монтгомери, убили его, сожгли дом дотла, изнасиловали его жену так, что она впала в кому, и прибили гвоздями собаку к воротам сарая (хотя все, кто остался сидеть в южных тюрьмах, утверждают, что изнасилована была собака, а к воротам прибили жену).

После этого Уоррен, Даррен, Дуглас и Эндрю направились в Канаду, но, поставленные в тупик невозможностью пересечь границу – они почему-то вбили себе в голову, что для этого обязательно надо иметь паспорта, – осели в Буффало, став бойцами «Белой арийской армии Господа Бога», расквартированной в пригородах Западной Сенеки.